Экипаж

Но они не механизм! Они живой мозг, который одухотворяет, подчиняет своей воле летучую громаду металла…

– На курсе, на глиссаде, – сказал Андрей Васильевич. – Разрешите посадку.

– Посадку разрешаю, – ответил новый голос: диспетчеры передают друг другу самолет, будто с ладони на ладонь, чтобы в конце бережно опустить его на бетон посадочной полосы.

Андрей Васильевич приподнял нос машины, выдержал его над полосой на метровой высоте – и вот колеса осторожно коснулись земли.

– Включить реверс!

Руки Тимченко двигали штурвал вперед и на себя, одновременно поворачивая его то влево, то вправо, чтобы парировать порывы ветра, удержать самолет на оси полосы.

Постепенно замедляя ход, «Ту-154» катился по бетону. Рейс был окончен, они прилетели домой.

Безостановочной суетой, непрерывной и многообразной деятельностью Шереметьево, как и всякий большой аэропорт, напоминает муравейник: в беспорядочном, на первый взгляд, движении не вдруг угадываешь железную, раз и навсегда установленную, никем не нарушаемую систему.

С разной скоростью и в разных направлениях перемещаются по своим незыблемым маршрутам самолеты, ползут самоходные трапы, движутся автобусы, электрокары, пестрые пикапчики иностранных авиакомпаний. А между ними снуют люди: летчики, бортпроводницы, техники, пограничники…

По своему привычному маршруту, от стоянки к диспетчерской, шел и Андрей Васильевич Тимченко в сопровождении второго пилота и штурмана.

Серая «Волга» Андрея Васильевича отъехала от стоянки, где ставят свои машины шереметьевские летчики.

– Как слетали? – спросила Анна Максимовна.

– Нормально.

– Тридцать лет слышу это «нормально».

Тимченко пожал плечами:

– Так правда же, нормально. Тебя не устраивает?.. Расскажи лучше, как жила без меня.

– Нормально, – ответила она и замолчала. Но не выдержала и стала рассказывать свои небогатые новости: – Звонили из Комитета ветеранов… Егор заходил, интересовался, когда вернешься…

– А как Наташка?

– Ну как Наташка… Наташка есть Наташка.

– С чем? – не понял Андрей Васильевич.

– Сердце справа… Такая здоровенькая, спокойная девочка…

Бортинженер Игорь Скворцов, молодой, уверенный в себе, разыскал среди других машин свой красный жигуленок, сел и отъехал, но недалеко.