Дочь того самого Джойса

Месье Борлин стоял в дверях, поглаживая свой жилет на груди рукой в перчатке, и наблюдал за мной через монокль.

Я выпрямилась и вытянула руки по швам. Что-то в выражении его лица неприятно задело меня. Кроме того, наш учитель был не из тех, кто ведет пустые светские беседы.

– Садитесь. – Он достал из нагрудного кармана фестончатый веер и показал на позолоченное плетеное кресло рядом с фортепиано.

– Но это же ваше кресло, месье. – Я неуверенно двинулась вперед. Никто не смел сидеть в нем, кроме самого месье Борлина.

– Мне и так придется просидеть целый вечер в театре Елисейских Полей.

Я пристроилась на краешек кресла, пытаясь угадать, что же он хочет мне сообщить. Какая новость может быть настолько ужасной, что мне нужно сесть, чтобы выслушать ее? Я вдруг решила, что он хочет выгнать меня. Месье Борлин был печально известен тем, что безжалостно вышвыривал вон учениц, которым недоставало таланта или дисциплины. Я почувствовала, как окаменели мышцы.

– Я взял на себя смелость записать вас на Международный фестиваль танца, который будет в апреле.

– Что? – непонимающе нахмурилась я. Меня? Может, я неправильно расслышала?

– Позвольте мне быть с вами откровенным. Вы – моя самая талантливая ученица. Современный танец – это алфавит, с помощью которого можно выразить невыразимое. И вы понимаете это лучше, чем кто-либо, мисс Джойс. – Он раскрыл веер и принялся обмахивать лицо, пока я раздумывала над тем, что сказал месье Борлин.

– Что мне нужно будет сделать?

– Подготовить два сольных танца, которые вы придумаете сами. К тому же вам необходимо придумать для них костюмы и постановку. Вы обладаете способностью побеждать, мисс Джойс. – Он захлопнул веер и стал рисовать им в воздухе причудливые фигуры. – Танцовщицы – это пионеры нового рассвета искусства. Я вижу это в вас. Вы двигаетесь так раскованно и выразительно и в то же время полностью контролируете свое тело. Как вам это удается?

– Я начинала с гимнастики, – неуклюже объяснила я.

– Да, это заметно. Если уж на то пошло, вы больше акробатка, нежели балерина. Но речь не об этом. Танец – это когда вы как будто рассказываете о чем-то с помощью тела, и вы инстинктивно это понимаете. Я чувствую в вас, мисс Джойс, сильнейшие эмоции, ничем не прикрытые, превращенные в нечто в высшей степени незаурядное.