До встречи в феврале

Джим уволил Линдси Дагерти после двух часов работы за то, что она назвала его «Джимми» и принесла латте вместо капучино. Оштрафовал Майка Лоусона за то, что он опоздал на пять минут, когда его сбил велосипедист на переходе у офисного здания. Заставил Дирка Дженкинса мчаться домой и переодевать галстук, потому что только Джим мог носить зелёный на работе.

Легенды о сумасбродстве и безумствах Джима Макдугалла перестали слыть небылицами, когда я видел каждую выходку собственными глазами и даже поучаствовал в парочке из них.

Но по большей части шалости босса обходили меня стороной. По каким-то невообразимым причинам Джим уважал меня больше остальных и никогда не отыгрывался. Звал выпить кофе в обеденный час, хлопал по плечу после удачной рекламной компании и всегда справлялся о здоровье мамы.

До сегодняшнего дня.

На высоте десяти миль над землёй проделки Джима казались ещё отвратительнее, но я усмехался про себя, припоминая каждую. Самолёт нёс меня на крыльях неизвестности прямиком в Лос-Анджелес.

Каждое облачко вызывало эффект дежавю. Одиннадцать лет назад я вот так же летел на другой конец материка, чтобы поступить на факультет маркетинга, рекламы и сервиса. Бесценный опыт, от которого я поспешил сбежать обратно в Берлингтон, где всё было так знакомо.

И вот я снова летел в бесконечный, обжигающий «Ла-Ла-Лэнд», о котором мечтают все, и уже испытывал тоску по дому. Не то чтобы я безнадёжный домосед, скорее – безнадёжный домолюб. Устроился я в этот раз с большим удобством – Джим не поскупился на первый класс, так что под ухом не храпел какой-нибудь сальный тип и не рыдал недовольный младенец, делая недовольными всех кругом.

Да и вещей взял немного. Самое необходимое, остальное докупится уже на месте. Вещи стоят денег, но не того, чтобы к ним привязываться.

Когда надпись «Пристегните ремни» погасла, симпатичная стюардесса исполнила моё желание, как добрый джинн, только тереть ничего не пришлось. В моей руке оказался бокал с виски, на коленях – поднос с сырным сэндвичем, и пока мои не храпящие и не рыдающие «первоклассные» попутчики дремали, я залез в телефон, чтобы ещё раз взглянуть на квартиру, в которой проведу следующие три месяца.

Две спальни, гостиная и мансарда, из которой можно любоваться звёздным небом. Если бы только звёздное небо не затянуло смогом мегаполиса. Апартаменты не хуже тех, что я часами разглядывал на «Букинге», только как раз с той недостающей мелочью, которую я так искал. В этой квартирке была душа.