До встречи в феврале

В какой-то момент я просто села напротив веганского кафе, где даже вывеска выглядела неаппетитно, прислонила полотна к каменному бортику и подозвала официанта. Заказала у него не блюдо дня, но телефон для одного звонка. Пришло время звонить Сид. Если кто и сможет вытащить меня со дна во второй раз, то только она.

Джейсон

– Три месяца? – Мамин голос долетел до меня из кухни вместе с посудным перезвоном. – Тебя не будет целых три месяца?

Когда мама нервничала, она шла на кухню и находила себе занятие, даже если там нечего было делать.

Я точно помнил, что оставил на шкафчиках идеальный порядок, а в раковине не завалялось ни одной грязной кружки из-под кофе, но она всё равно нашла, что помыть. Всяко лучше, чем она станет кружить вокруг и отвлекать от поисков, которые я вёл уже двадцать минут.

– А как же день рождения Люка? – Перекрикивала мама напор воды. – А Рождество?

Что-то громко ляснуло с угрожающим звоном. Шум воды стих, зато мама возникла в дверном проёме с полотенцем на плече и ужасом на лице.

Её давно не худенькое лицо вытянулось в кривоватый овал.

– Джейсон, а как же Рождество?! Ты пропустишь Рождество? Но никто никогда не пропускает Рождество!

Мама начинала тараторить, а это не к добру. Она напоминала старенький мопед, который всё быстрее тарахтит, но никак не заводится.

Рождество у Кларков трижды обведено в календаре красным. Как пиктограмма у кучки сектантов. Пропустить такое событие равносильно тяжкому преступлению, за которое светит если не тюремный срок, то уж точно штрафные санкции и исправительные работы.

Когда моя кузина не смогла приехать к нам в прошлом году, мать занесла её в чёрный список и заставила отдуваться на День Благодарения, так что ей пришлось готовить сразу две восьмикилограммовые индейки на всех гостей. А Кларки по парам не приезжают, а везут всех своих отпрысков.

Я наспех оглядел свой дом и ужаснулся, представив, как полчище Кларков разносит в пух и прах мою коллекцию наград по плаванию, распивает премиальный виски из бара или прожигает ковёр угольками из камина.

А стоит всего лишь не явиться на Рождество в этом году. Мой взгляд остановился на маме, что выжидала в дверях и еле дышала от переизбытка чувств. Капля соуса на любимой белой скатерти могла свести её с ума. Что уж говорить о сыне, который не попадёт на главное семейное торжество?

– Не волнуйся, мам. Я обязательно выберусь домой на Рождество. – Успокоил я её и вернулся к отелям Лос-Анджелеса.