До встречи в феврале

Несмотря на то, что он всегда был в делах, для хорошей книги, пьесы или концерта он всегда находил время. Покупал картины и завешивал все свободные стены в доме.

Уилл печально улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. Его сердце всё ещё кровоточило, а я, как никто другой, знала, что пока не придумали такого пластыря, чтобы залепить его раны и остановить кровь. Я понимала всё, что чувствует этот мужчина, и сочувствовала ему всей душой.

– Это ведь не единственная комната с картинами. – Усмехнулся Уилл.

 – Как-нибудь в другой раз я покажу вам его святая святых. Домашнюю галерею. Там полно не только картин, но ещё скульптур и других композиций.

Значит, мы встретимся снова. Мысль об этом приятно пощекотала низ живота.

– Отец ежегодно жертвовал деньги в фонды поддержки библиотек, театров, спонсировал молодых творцов. Когда он заболел, эта обязанность легла на мои плечи. Галерея – давняя мечта отца. Если бы не он, может, я бы и не взялся за её осуществление. Но когда я думаю о том, что смогу сделать что-то важное для него…

– Вам кажется, что он рядом.

 – Закончила я.

– Как вы догадались? – С чувством спросил Уилл, разглядывая меня из-под не по-мужски длинных ресниц.

– Все мы ищем что-то, что хоть на минуту вернёт нам тех, кто не с нами. – Произнесла я, глядя на копию Джона Милле «Офелия». Или оригинал? В любом случае, очень символично было заговорить о смерти перед изображением поющей женщины, утопающей в воде.

Уилл не стал расспрашивать меня, что ищу я и кого хотела бы вернуть.

Он был воспитан, наделён хорошими манерами, не деньгами, которые, как известно, лишь портят характер, а не закаляют его. Вместо расспросов он продолжил делиться планами с таким энтузиазмом, с таким чувством, словно я была его старой подругой, с которой можно поделиться всем.

Уилл уже подыскал помещение в городе. Два месяца назад на Колчестер-авеню освободилось пространство на первом этаже старинного здания, построенного ещё до войны.

Его ни раз реставрировали, но, по словам Уилла, стены его не утратили духа старины, но и не осыпались, как другие довоенные постройки в Берлингтоне.

– Если бы отец увидел это место, ему бы точно понравилось. – Вздохнул Уилл, а потом пообещал мне: – Я отвезу вас туда как-нибудь. Хочу услышать ваше мнение, ведь под свежим взглядом всё выглядит иначе.

– Я буду только рада. – Искренне сказала я, уже предвкушая совместный труд.