Роза и ее братья

Едва завидев приближавшихся гостей, Джейми заливисто свистнул, и ему тут же ответили с лужайки, конюшни и из дома – и вот двоюродные уже мчались к ним со всех сторон с громкими воплями:

– Дядя Алек! Ура!

На двуколку они набросились прямо как разбойники, выгребли оттуда весь багаж, взяли пассажиров в плен и буйной процессией двинулись к дому.

– Мамуля! Мамуля! Вот они, приехали и столько всего привезли! Спускайся, гляди скорее! Ну, давай! – орали Уилл и Джорди, пока вокруг рвали бумагу и беззастенчиво резали бечевку, и очень скоро в опрятной комнате уже царил хаос.

Сверху спустилась тетя Джесси, кое-как нацепив изящный чепец, однако лицо под ним так и сияло, и потому скособоченный головной убор только добавлял ему очарования. Она едва успела поздороваться с Розой и доктором – на нее тут же насели мальчики, каждый требовал, чтобы она посмотрела именно его подарок и порадовалась вместе с ним, потому что «мамуля» во всем принимала участие. Вокруг замелькали рога – того и гляди подкинут ее к самому потолку, над головой засвистели боевые дубинки – уцелей, если сможешь; на коленях у нее выросла груда сокровищ со всех четырех сторон света, а семь возбужденных мальчишеских голосов зазвучали все разом.

Вот только ей это нравилось – еще как! Она сидела, улыбалась, восхищалась, поясняла, и ее ничуть не смущал весь этот тарарам; Роза же заткнула уши, а дядя Алек посулил, что немедленно отправится восвояси, если это не прекратится. Эта угроза ненадолго утихомирила мальчишек, и пока дядя принимал благодарности в одном углу, тетя в другом завела задушевную беседу с племянницей:

– Ну, душечка, как теперь твоя жизнь? Надеюсь, получше, чем неделю тому назад.

– Тетя Джесси, мне кажется, что после приезда дядюшки я буду очень счастлива. Он ужасно странный, но ко мне так добр, что его невозможно не полюбить. – И, придвинувшись совсем тесно к своей названой мамочке, Роза описала ей все последние события, завершив рассказ восторженным перечислением сокровищ из сундука.

– Душечка, я очень за тебя рада. Вот только, Роза, хочу тебя предупредить: не позволяй дяде тебя слишком баловать.

– Но мне нравится, когда меня балуют, тетя.

– В этом я не сомневаюсь, но если за этот год нрав твой испортится, ему за это попадет – и ему придется признать, что опыт его провалился. А это будет очень обидно, не правда ли? Ведь он столько всего хочет для тебя сделать – и может сделать, если сердечная доброта не пересилит трезвости рассудка.