Альбом

Он получился эталонно альтернативным, а массовка и музыканты выглядели очень стильно: вокалист Честер – с пирсингом на лице и белыми волосами, рэпер Шинода – с красными, в зелёной ветровке и светлых брюках. Хотелось быть похожим на них, но всё, на что мы были тогда способны, – джинсы-трубы, кеды Patrol и кенгурятник из секонд-хенда. Выглядели мы нелепо, но не хуже остальных: рэперов, скейтеров и кислотников. И уж точно лучше, чем гранжи, металлисты и говнари. Мы просто стали представителями ещё одной субкультуры.

Лёнька назвал её «новые металлисты», когда впервые показал мне клип на One Step Closer.

Это было в девятом классе. По-моему, зимой. Наверное, в субботу. Мы сидели у него в комнате, пили чай и гоняли видак. Сначала с бабушкой посмотрели «Полицейскую академию» и «Пятый элемент», а потом остались вдвоём и включили клипы. У Лёньки была специальная «виэйческа», куда он записывал всё, что тогда показывали на MTV: от Бритни Спирс и «Би-2» до Eiffel 65 и Red Hot Chili Peppers. С последних и начали – с нового выпуска «Стоп! Снято!» о съёмках клипа на Around the World. Когда передача закончилась, Лёнька нажал на паузу и сказал, что сейчас будет самое интересное. Я, не шелохнувшись, посмотрел клип Linkin Park до конца.

– Ну как тебе? – с довольным видом спросил он.

– Эпик, – ответил я любимым словом Лёньки.

– Будущие звёзды. Альбом просто эпик. Сейчас в Америке новый стиль появился. Нью-метал называется, и Linkin Park там самые крутые. Главные новые металлисты.

– Почему новые?

– Потому что английский нужно лучше учить.

Нью-метал переводится как «новый металл».

– Это я понял. Чем они новые? Чем от старых отличаются?

– Как я тебе объясню? Не «Металлика», но всё ещё метал. Послушай – и сам поймёшь.

– Где я послушаю?

– У меня есть кассета, – ответил Лёнька.

– Какая кассета? – насторожился я. Обычно мы сразу рассказывали друг другу о купленной музыке.

– Кассета «Линкин парка», где эта песня, на которую клип. Альбом «Хайбрит Теори».

– Откуда у тебя?

– Из нового рок-магазина «Бидон», который у Золотых ворот.

Знаешь, где «Ермак Мобайл»?

Я кивнул.

– Вот под ним в комнатке и открылся «Бидон». Мне там переписали за двадцать рублей. Цена эпик. Фирменная кассета стоила бы сорок или пятьдесят, а диск – наверное, не меньше сотни. – Лёнька подошёл к столу, взял кассету в футляре TDK и протянул мне: – На, можешь переписать. Только завтра верни. Я каждый день слушаю.

– Спасибо! Завтра обязательно верну.