Быть Человеком

Когда вёдра были наполнены, ребята осмотрелись. Они стояли посередине заснеженной пади, расположенной между двумя рядами сопок, заросших вперемежку лиственницами и соснами. Сопки уходили в затуманенную морозом даль.

– Китайцев высматриваете? – как-то неожиданно подошёл мастер.

– Откуда здесь китайцы? – удивился Стёпа.

– Вон те дальние сопки – это правый берег Амура.

– Наблюдают за нами, – уверенно констатировал Юрка. – Ночью прилезут и перережут нам глотки.

– Тебе первому, чтобы не наводил жути, – пригрозил Наум Иванович.

Со стороны землянки послышался металлический звон.

– Это повар нас подгоняет – воду заждался. Бьёт обухом топора по куску рельсы, – догадался Стёпа, – я видел: там висит рельса. Ещё подумал: зачем она здесь нужна?

– Да мало ли в тайге что может случиться?! А это – надёжная связь, – добавил Наум Иванович.

– Хорошая вода! – отхлебнув из ковша, оценил мастер. – А какой воздух! Сюда надо туберкулёзников присылать: пока лесу напилят, глядишь, и выздоровеют.

Я уже пятый год сюда приезжаю.

– Это точно. У меня отец был туберкулёзник, каждый год ездил по госпиталям, санаториям, так он рассказывал, что все санатории стоят в сосновых рощах, – поддержал мысль Стёпа. – А у вас туберкулёз?

– Типун тебе на язык! Язва желудка у меня.

– Помогает?

– Хуже не становится, а покидать меня не желает. Стерва!..

Так, перебрасываясь словами, как снежками, добытчики воды, утопая по колено в снегу, достигли землянки.

– Долго вы ходите, мужики! Рискуете без обеда остаться, – пробурчал повар.

– Ничего, протопчем тропинку – будет легче бегать!

После обеда подъехали два трелёвщика – и сразу всё ожило! Появился рабочий настрой, который переключил бригаду на другой ритм. Оживился разговор, исчезла излишняя суета. Только Стёпа был напряжён: «Ещё бы… доверили самостоятельную работу, ничего, что она самая неквалифицированная, но ответственная – сучкоруб».

Трактористы остались обедать. Бригада лесозаготовителей двинулась на деляну.

Пока добрались до вершины сопки по глубокому рыхлому снегу, спина у Стёпы вспотела. Ещё бы: ватные стёганые штаны, телогрейка, шапка с опущенными клапанами… Но здесь ничего не поделаешь: мороз за сорок – при другой амуниции долго не поработаешь.

Резкий звук бензопилы «Дружба» сработал как сигнал начала заготовки леса. Первое дерево упало с шумом, мёрзлые ветки с треском ломались, отлетая от ствола на приличное расстояние.