Охотники за камнями. Дорога в недра

Мучную затируху с сушеной воблой!

Игрень понёс меня неторопливой тряской рысью к Голодным сопкам, с которыми я решил разделаться в начале маршрута.

Солнце стояло высоко над сопками и жарило вовсю. С северо-востока задувал ветер, шумевший в щетине ковыля. По голубому небу тянулись пасмы прозрачных нежных облаков, сгущавшихся на далеком западе. Там, под белым сводом, вероятно, по руслу Сарысу, маячили конуса старинных заброшенных могил.

Перед Шоуль-Адыром показались коренные выходы вулканических пород, а потом пошли сопки из однообразных зелёных сланцев, тянувшиеся на восток и на запад.

Я с жаром взялся за работу. Колотил по камням, засекался на Тагалинские высоты и подправлял рельеф на карте. Игрень топтался рядом на коротком поводу, пощипывая чахлые метелки. Когда каменные брызги попадали ему в лоб. Он косился на меня, не поднимая головы: «Брось дурака валять!» – говорили его большие сердитые глаза.

В полдень добрался до середины Голодных сопок и повернул к востоку, потому что дальше шли всё те же сланцы.

Свежий ветер дул теперь почти в лицо. Через час я пересек широкую долину и очутился перед низким мелкосопочником. Я пошел на ближайшую вершину, ведя коня на поводу. Когда поднялся, увидел вершину еще повыше, заслонявшую горизонт к востоку и… Нет, это не копок и не обман зрения, а каменный баран! Архар стоял на скалистом выступе не далее полутораста метров, гордо выпрямившись и раскинув большие крученые рога. Застыл ли он от неожиданности, завидев коня и человека, или караулил стадо, вглядываясь в пустую степь, по которой разгулялся ветер?

Не помню, как я выдернул наган, но помню, как наводил его на цель, пониже морды. «Нагановская пуля пробивает доску на 300 метров и еще опасна на 500…» – припомнились слова начальника, когда я нажимал на спуск.

Раздались гулкий выстрел и совсем короткий свист пули. Игрень шарахнулся, едва не оборвав уздечку, а баран подпрыгнул боком влево, словно его подкинула пружина – и тут же пропал за выступом.

Конец мучной затирухе и сушеной вобле!

Я вскочил на Игреня и помчался через лог к добыче, рисуя себе растянувшегося на земле большого зверя. Игрень вынес меня на вершину. За скалистым выступом никого не оказалось. Что-то промелькнуло впереди в далёких складках мелкосопочника, а может, мне только показалось.