Четвертое измерение. О природе человека и о смысле жизни

Командир, не спеша откинулся на спинку кресла с лицом, выражающее скорбь и удивление и, всё еще не отрывая глаза от экрана, спросил не сразу голосом, в котором звучали нотки сомнения: – Аристотель, это что, правда, что ты сейчас сказал? – И повернувшись всем телом в сторону своего компетентного коллеги, остановил болезненный взгляд на знатоке эзотерических истин.

– Серые дымные сути, очевидно, каким-то образом уничтожили их телесные оболочки, – проговорил Аристотель, – и, Души Рича и Грэя, – что невероятно для нашего физического мира, – но их Души трансформировались в огненные плазмоидные тела и направляются сейчас в Миры Огненные, а здесь они потому, что пришли с нами попрощаться.

Командир и молодой человек не сразу осознали, что им сообщил их коллега; в скорбном молчании глядели на левосторонний дисплей. Они видели, как плазмоиды с какой-то невероятной интенсивностью пульсировали и переливались всеми имеющимися в природе цветами, словно, казалось, пытались что-то выразить, что-то сообщить – невольно приходила такая мысль всем троим – и, совершив четвертый виток вокруг корабля, огненные шары стали удаляться и внезапно растаяли в черной бездне космического пространства.

В зале управления стояла тишина, если не считать, как едва слышно издавали мелодичные звуки контрольно-измерительные приборы и отмеряющие ход жизни корабля индикаторы. Довольно долго в молчаливой неподвижности сидели в креслах осиротевшие три космолётчика, смотрели на экраны мониторов с всё ещё какой-то тайной надеждой увидеть огненные тела своих товарищей и каждый думал о чем-то свое, осмысливая произошедшую трагедию.

– Ну вот и все! Прощайте наши друзья – товарищи! – После длительной паузы проговорил командир дрогнувшим тихим голосом, не отрывая немигающий взгляд от экрана.

Еще долго звездолёт вращался над мутной беспроглядной атмосферой, совершая один виток за другим вокруг гиблой планеты.

Несмотря на сказанное Аристотелем предположение, – всё еще не хотелось верить в гибель двух своих друзей и, с неприкаянной надеждой, три человека продолжали обследовать её поверхность. Но все ожидания на благополучный исход участи своих несчастных товарищей постепенно приводили к осознанию, что их надежды становятся напрасными. И экипаж корабля уже задумывался над тем, какие дальнейшие действия им нужно будет предпринимать.