Литера «Тау»

Ансгар хотел сделать шаг в сторону, но провалился и долго падал, считая какие-то бессмысленные этажи с выбитыми окнами и прибитыми к ним колесами от машин.

Скоро вокруг него оказалось лишь пустое помещение, покрытое цементной пылью, лестница, бетономешалка и моток черного провода. И, совсем как в его сегодняшнем сне, кто-то больно хлестнул его по лицу искрящимися проводами. На мгновение он ослеп, а когда прозрел, оказался снова в гостиной. За прозрачной стеной Магда задыхалась в клетке.

«Выйди, вернись в свое тело! Только ты сама можешь вернуться в него и прекратить этот бред!»

«Не могу.

Я чувствую свое тело. Оно не дышит. Сколько оно так сможет лежать?»

«Очень недолго».

В отчаянии Ансгар понял, что эффектной некромантии не избежать. Надо пробиваться с боем. Когда-то его учитель Витольд Венглер рассказывал, как это бывает, когда нападаю недружественые сущности. Сам же Ансгар никогда не пробовал.

Он распрямился, сложил руки перед собой, словно для молитвы; и пространство вокруг сгустилось, завилось кольцами, сошло на нет; и вот с характерным шумом из-за спины появились две тени, в которых несчастная сплющенная чужой волей Магда с удивлением узнала крылья.

Те самые, легендарные некромантские крылья, согласно легенде, уносившие души из царства мертвых, чтобы соединить их с оставленными кем-то телами. Костяные, построенные по принципу крыльев летучих мышей, но без перепонок, да и сами кости существенно толще, с подвижными, рельефными суставами.

Где-то за этим колючим каркасом угадывались и другие крылья – из перьев, полупрозрачные, словно сделанные из нежного стеклянного тумана и острые, как у чайки. Обе пары крыльев являли собой одну и удивительным образом вписывались друг в друга.

В следующий момент Магда увидела, что костяные крылья обросли конусовидными шипами – темными, с синеватым металлическим отливом и красноватым, словно раскаленным в кузнечном горне острием.

Пространство успокоилось.

– Ты кто? – спросил Владик, отступая на шаг.

– Я разрушу твой дом, – пообещал Ансгар, – если ты не отпустишь девушку.

– Ничего ты мне не сделаешь, – убежденно ск азал электрик. – Тебе нельзя.

Врачи с носилками и геранью вбежали обратно.

– Тебе нельзя! – сказали они хором и обросли синеватыми щупальцами. – Тебе нельзя! Тебе нельзя!

Скандируя, они придвигались все ближе, и щупальца их медленно подползали к ногам Магдалены.