Маршрут для двоих

За шестнадцать лет у меня уже сложилось собственное представление об идеальном парне. Например, я больше чем уверена, что моё внимание не привлечет наглый тип в трениках с жизненной позицией а-ля «я пуп земли».

Мой идеал (ну, если брать совсем уж конкретные критерии) – это симпатичный брюнет с проникновенным взглядом. Рост – выше среднего. Без вредных привычек, с хорошими манерами, не ветреный, верный. Начитанный – чтобы мог поддержать разговор, и ещё с чувством юмора (меня саму оно нередко подводит, так должен же быть хоть кто-нибудь в нашей паре, обладающий этим качеством).

Список получался приличным, но я, в принципе, готова была убрать парочку пунктов. Я не могу зарекаться, что мне никогда не сможет понравится блондин. Или рыжий.

Нет, рыжий – это всё-таки перебор.

Доехав до своей остановки, я с неохотой сошла, заметив, что мой идеал отправился дальше. Интересно, он школьник или уже студент? Сколько ему лет? И как его зовут?

Мысли перескакивали с одного на другое, но все они были в одном направлении и касались мальчика из троллейбуса.

Увидимся ли мы когда-нибудь снова? Или всё, что мне остаётся – вздыхать, вспоминая о нём, до тех пор, пока его образ не сотрется из моей памяти?..

На пороге школы меня встретила Леся – моя подруга. Не сказать, что давняя… Хотя, чем измеряется давность?

Мы дружим с третьего класса. Первые два года учебы прошли в упорной борьбе за сердце нравившегося нам обоим мальчика. Его звали Лёша, и он всегда был хорошо одет и причёсан, сидел на уроках очень тихо, в отличии от остальных шумных мальчишек.

Учился не важно, был очень стеснительным – даже руку на уроке поднять опасался. Не знаю, чем он тогда так привлёк наше с Лесей внимание. Мои вкусы с тех пор особенно не изменились, мне и сейчас нравятся скромные парни, не выставляющие свою личность напоказ. Богатый мир – он внутри, а остальное – мишура.

Конечно, в том возрасте понятия «любовь» для нас не существовало, мы просто не знали, что это такое, не вешали ярлыки. Но определенная симпатия, несомненно, присутствовала.

Каждой из нас хотелось, чтобы именно с ней Лёша танцевал на празднике, сидел за одной партой и ходил за ручку в столовую. На этом мечты заканчивались. Это был предел идеальной жизни.

Сам Лёша и не подозревал, какие ожесточенные бои велись между его одноклассницами. Не в прямом смысле, разумеется. Мы просто смотрели друг на друга уничтожающими взглядами и перекидывались записками в стиле: «Дура!» – «Сама такая!».