Тайна Порфирия Иванова. Роман-исследование. Роман-игра

Пуля просвистела у Порфирия над головой.

– Эй, чего там? – раздался голос второго, который остался у костра.

– А чёрт его знает? Может показалось. Семён, ты где?! – он опять пошёл по мосту вперёд.

– Вертай назад, – крикнул второй, – слышь, чего говорят? Игнатий – назад!

– Не-а, Семёна надо найти. Спит, наверно, зараза. Он спать-то здоров, я его знаю, даже костёр поленился разжечь, – заговаривал Игнат свой страх перед темнотой и неизвестностью.

Он уже перешёл мост и оказался рядом с Порфирием, тот подставил ему ногу, и Игнат повалился вперёд.

Хорошо ещё, что на курок не успел нажать! Порфирий навалился на него сзади и ткнул Игната мордой в мягкую мокрую землю. Подбежавший Иван скрутил ему ноги и руки. Снова засунули кляп в рот, и Иван побежал по мосту на ту сторону.

– Это ты, Игнат? – только и успел спросить сторож, как Иван ударил его кулаком в лоб и тот повалился в костёр.

– А-а! – заорал упавший, но Иван быстро вытащил его из костра, и подоспевший Порфирий проделал всё точно так же, как и с двумя первыми.

Путь через мост был свободен.

– Беги за Сашкой с Костей, а я здесь подожду, – велел Порфирий.

Иван скрылся в темноте. Порфирий перевернул связанного на спину и обшарил карманы. Махорка нашлась во втором кармане, а в первом Порфирий нашёл и бумагу. Пока Иван бегал за ребятами, Порфирий скрутил четыре козьих ножки и одну из них прикурил от уголька из костра.

– Махорка! – вскричал Сашка, когда они подошли к костру.

– Садись, покурим и пойдём. – велел Порфирий. Все с жадностью затянулись ароматным куревом.

– Эх, тех двоих не обыскали, – пожалел Порфирий.

– Обижаешь, – сказал Иван и достал из-за пазухи два кисета, – теперь живём!

– Махорочка! – опять сказал Сашка и выпустил изо рта клуб дыма.

– Давно куришь? – спросил Костя.

– С шести лет, – гордо ответил Сашка.

– Да, это срок! Пора, – Порфирий поднялся, – надо успеть отойти подальше, а то вдруг погоню организуют.

– А на что погоня? – Все живы. Ну ночку помучаются, а утром их развяжут.

– Бережёного Бог бережёт, – сказал Порфирий.

– Да нету никакого Бога, – начал Сашка, но тут же замолчал.

Закинули за спины котомки, взяли свои винтовки и скрылись в темноте. Костёр, что горел на берегу, почти совсем погас, только последние угольки едва светились в темноте.

Шли без остановки примерно около часа, в хорошем темпе, иногда останавливались и слушали.