Игра слов

Желание он незамедлительно выполнил, его соседи автоматически отодвинулись ближе к дверцам. Чепчик растянулся хвостом вверх, возложив задние лапы на колени к Никите, а передние лапы и голову – к Яне. Ещё и в глаза заглянул трепетно-трепетно, прозрачно намекая, что не возражает, если его поглядят или, того лучше, почешут за ухом.

– Точно не укусит?

– Точно. Он добрый. – Никита наблюдал, как Яна сперва осторожно, затем расслабленнее наглаживает Чепчика промеж ушей. – Последний вопрос. Сколько тебе лет?

Яна закатила глаза, но ответила:

– Тридцать два.

5

Когда добрались до места, начинало темнеть – полноценные шашлыки затевать поздновато. Разумнее пожарить сосиски, а мясо отложить в холодильник, на завтра. Оделись потеплее и «зажгли» мангал во дворе.

– Так, у меня свои сосиски, вегетарианские, – объявила Яна, потряхивая упаковкой. – Я мяса не ем.

– Да ладно, – поразился Никита. – Я думал, ты младенцев поедаешь через день. – Ну не мог он удержаться. У него накопилось столько подколок в адрес «любимого» редактора, и держал он их при себе лишь из нежелания связываться с отпетой занудой да сильнее портить рабочие отношения.

Но раз сейчас они не на работе, а занудности в редакторе оказалось значительно меньше, чем Никита предполагал, поддеть её разок-другой – святое дело.

Кутающаяся в джинсовую куртку Яна устало-рассеянно нахмурилась.

– Каких младенцев?

– Которых приносят в жертву дракону перепуганные жители деревни, в нашем случае – работники редакции.

То, что между собой коллеги называют её кабинет логовом дракона, а её саму, соответственно, драконом, для Яны новостью не было.

Но шутка про младенцев показалась диковатой, хотя и забавной.

– Ты много младенцев у нас в редакции видел? Ни одного нет.

– Потому и нет, что ты всех съела.

– Значит, скоро придётся переходить на других жертв. Будете к стене перед моим кабинетом девственниц цепями приковывать.

– Где мы тебе их возьмём?

– Цепи или девственниц?

– Девственниц, конечно. С цепями в наше время проще.

– Где хотите, там и берите. Налаживайте поставки. А то ведь я могу и журналистов в качестве жертв затребовать.

– Будешь каждый месяц выбирать и уносить самого красивого журналиста?

– Ты-то чего распереживался? Ты, по этой логике, как раз будешь в безопасности до последнего. – Яна тоже не удержалась. Однако сразу добавила: – Извини, я пошутила.

В своём естественном, а не рабочем состоянии она по-прежнему не хотела никого всерьёз обижать.