Зиска. Загадка злого духа

Это в природе человечества: единодушно превозносить порок!

– Не могу вполне с вами согласиться, – неторопливо проговорил доктор Дин, с каким-то особенным любопытством всматриваясь в смелые и гордые черты художника. – Члены Французской академии, быть может, поодиночке так же снисходительны к человеческим слабостям, как и большинство из нас; когда же собираются вместе, некий дух, выше и сильнее, чем их собственные, побуждает их вновь и вновь отвергать печально известного реалиста, приносящего все законы искусства и красоты в жертву открытому обсуждению тем, о которых немыслимо и упомянуть в приличном обществе[12 - В мае 1890 года Эмиль Золя выставлял свою кандидатуру во Французскую академию изящных искусств, но не был принят.

По упоминанию этого события можно понять, когда происходит действие романа.].

Жерваз рассеянно рассмеялся.

– Рано или поздно Золя своего добьется, – ответил он. – Нет духа выше и сильнее, чем дух натурализма в человеке; и со временем, когда отомрут предрассудки и износится нынешняя слезливая сентиментальность, Золя по праву признают первым из французских академиков и осыплют почестями, какие ему и не снились.

Таков путь всех «избранных». Как сказал Наполеон: «Le monde vient a celui qui sait attendre»[13 - Мир достается тому, кто умеет ждать (фр.).].

На лице доктора, напоминающем мордочку хорька, теперь отражался самый живой и страстный интерес:

– Вы в самом деле в это верите, месье Жерваз? Уверены в том, что вы только что сказали?

– А что я сказал? Уже не помню! – улыбнулся Жерваз, зажигая сигарету и лениво закуривая.

– Вы сказали: «Нет духа выше и сильнее, чем дух натурализма в человеке». Это вы серьезно?

– Ну разумеется! Серьезнее не бывает! – И великий художник с улыбкой пояснил свою мысль: – Натурализм ведь не что иное, как Природа или все, что принадлежит Природе. А выше и сильнее Природы ничего на свете не найти!

– А как насчет Бога? – поинтересовался доктор Дин с таким видом, словно задавал собеседнику любопытную загадку.

– Бога?! – И Жерваз громко рассмеялся. – Pardon![14 - Прошу прощения! (фр.)] Вы, должно быть, служитель церкви?

– Ни в коей мере! – с легким поклоном и смиренной улыбкой ответил доктор. – С церковью меня ничто не связывает. Я доктор юриспруденции и литературы, скромный ученик в области философии и естественных наук…

– Философии? Естественных наук? – прервал Жерваз. – И спрашиваете о Боге? Parbleu![15 - Черт возьми! (фр.