От Москвы…

Когда-то по здешним улицам запросто расхаживали контрадмирал Петр Воинович Римский-Корсаков, подполковник Владимир Клавдиевич Арсеньев, открывший миру Уссурийский край и его героя-аборигена Дерсу Узала, смотритель Суйфунского маяка Федор Евстафьевич Чеберяк, спасший 284 человека. Лица известных владивостокцев сохранились в музее, на старых фотографиях. Я гляжу на низенького Чеберяка: правая рука на бутафорской колонне, левая на кортике, рядом свидетельство о награждении золотой медалью «За спасение погибавших». У него бравые усы и уставший взгляд служаки.

Сознательно не спрашиваю, где находился Суйфунский маяк и кого спасал Федор Евстафьевич. Куда интересней закрыть глаза и представить бушующий океан, наскочившее на скалы судно. Как четки, перебираю имена кораблей: «Варяг» и «Кореец» – их знает каждый, а еще шхуна «Сторож», ледокол «Надежный», крейсер 2-го ранга «Жемчуг» – участник Цусимского боя.

За дверями музея кипит городская жизнь. Дома, офисы, торговые центры строятся, занимают командные высоты на сопках, как армия, пришедшая в новые земли навсегда.

Иногда это помпезные орясины, знакомые каждому москвичу, иногда – отличные современные здания. От этой мешанины, помноженной на бессонницу, от снующих легковых машин и тяжелых грузовиков, от черных джипов на зубастых колесах мы укрываемся в ресторане. Повар-японец режет острым ножом ошпаренные кипятком фиолетовые щупальца осьминога, свежее темно-красное филе тунца, розовую мякоть лосося с желтыми прожилками нежного жира, прозрачно-зеленоватого морского карпа, скумбрию, полосатую, как кошачий лоб. Он работает аккуратно и сосредоточенно, выкладывает драгоценные куски сашими на доску из твердого дерева, чтобы потом расположить в особом порядке на дне лакированной лодки, украсить стружками дайкона и зеленью и подать на наш стол. Свежая японская рыба с васаби и имбирем, парной рис, хорошая беседа и глоток холодного пива «Асахи», что еще нужно, чтобы почувствовать себя в центре цивилизации?

Потом мы отправляемся на «Зеленую горку» – главный автомобильный рынок города.

Идем по бесконечному черепу сопки, заставленному праворульными автомобилями. Машины – лишь малая часть большой экономики Владивостока, но самая заметная. Эти квадратные километры товара на колесах страна переваривает с той же жадностью, с какой мы только что набросились на свежее заморское кушанье. «Праворульки» давно перевалили через Урал. Двигаясь навстречу ядовитой трубке-борщевику, они пытаются отвоевать свою часть рынка.