Жонглирующий планетами

– Скажите ему, что он анархист и что мир – это огромная бомба, с помощью которой он сможет взорвать и уничтожить вселенную.

Карнеги на мгновение замешкался, а затем сказал:

– Ну что ж, ничего страшного не случится.

Переключив внимание на Боба, он заставил его открыть глаза и сказал ему:

– Боб, я полагаю, ты знаешь, что ты величайший анархист, который когда-либо жил? Я решил открыть тебе, что эта Земля – не что иное, как большая бомба, и что, взорвав ее, ты можешь уничтожить Вселенную.

Боб медленно поднялся на ноги, Карнеги тоже осторожно поднялся и встал перед ним.

– Да, – сказал Боб, – я действительно анархист. Я враг закона. Закон – это мошенничество, обман. На каждом шагу, который наука делала на пути прогресса, закон вставал перед ней и преграждал ей путь. Когда невежество и суеверие склоняли свои головы перед мнением разума, закон последним ослаблял свою цепкую хватку на беззаконии и несправедливости, а закон природы – самый несправедливый и жестокий из всех.

Но я могу положить этому конец. Я могу положить конец всему этому. Я использую закон природы, чтобы победить закон природы. Мне дан секрет равновесия.

Его голос возвысился до крика, и, потянувшись в жилетный карман, он достал спичку, зажег ее и продолжил:

– Эту спичку я поднесу к газу, выходящему из маленького отверстия у моих ног, и таким образом взорву саму Вселенную.

– Нет, нет, – сказал Карнеги, вмешавшись в разговор, – вы не думаете, что вы анархист.

Вы ошибаетесь. Хотя закону требуется много времени, чтобы справиться с некоторыми пороками, но в целом закон действует хорошо, и даже эта медлительность в исправлении тех пороков, на которые вы жалуетесь, в каком-то смысле является положительным моментом в законе. Она придает закону свойство консерватизма, и о законе даже говорят, что это кристаллизованная мудрость веков. Поверьте, человеческий закон, основанный на естественном праве, – это очень хорошо.

– А что, – сказал Боб, сразу успокоившись, – то, что вы говорите, звучит очень разумно, и я верю, что это правда. Как же я был глуп, когда хотел взорвать эту огромную бомбу, на которой стоит это здание. Подумать только: двадцать пять тысяч миль в окружности! Какой энергией она обладает! Боже мой! Я уронил спичку!

Взгляд ужаса пронесся по лицу Боба, а затем – мы с Карнеги остались единственными обитателями комнаты! Бедняга Боб Палмер исчез.