Жонглирующий планетами

На самом верхнем этаже тряска была настолько сильной, что он был вынужден прислониться к стене, чтобы сохранить равновесие. Разрушители не успели подняться так высоко, и все двери в коридоре были закрыты и заперты. На самом деле, на этом этаже мало кто снимал комнаты, и они использовались в основном под склады.

В самом конце коридора на двери красовалась позолоченная табличка

"Готтхард Клейн, скрипичный мастер. Реконструкция и ремонт музыкальных инструментов."

Дверь была заперта, но Бонд выбил ее плечом. Перед ним был светлый кабинет, в котором стояло несколько стеклянных, сильно поврежденных витрин с прекрасными скрипками.

За ним приоткрытая дверь в комнату, из которой доносились чистые музыкальные звуки.

Бонд бросился к ней. Внутреннее помещение было оборудовано под мастерскую и частично было открыто наружному воздуху из-за обрушения каменной кладки. На искусном столярном верстаке была зажата басовая скрипка, на которой смычок особой формы регулярно бегал по двум струнам, издавая монотонный повторяющийся звук.

Смычок был прикреплен к гибкому стальному стержню, который работал от урчащего электромотора, расположенного рядом с инструментом.

Бонд не мог понять, что именно он ожидал найти, но он был поражен. В комнате никого не было. Но он обрушил молоток на музыкальное оборудование, и непрекращающийся си-бемоль умолк. Затем, оглядевшись по сторонам, он снова спустился по лестнице, скользя большую часть пути по перилам.

В течение получаса после того, как он снова оказался на тротуаре, в состоянии небоскреба не произошло никаких видимых изменений.

Он по-прежнему раскачивался и кренился. Затем, с каждой минутой, колебания становились все медленнее и слабее. Через полтора часа стало ясно, что здание восстанавливает равновесие. Было уже около восьми часов.

Бонд отыскал в городском справочнике адрес Готхарда Клейна и с холодной яростью в сердце отправился на его поиски. Дом оказался симпатичным пригородным коттеджем, из трубы которого уже поднимался ранний дымок. Дверь открыла сама миссис Клейн, женщина средних лет, со светлым личиком и слабым немецким акцентом.

– Господин Клейн дома? Я должен его видеть, – сурово потребовал Бонд. – Я владелец "Платт Билдинг", где у него находится офис. Вы, конечно, знаете, что там происходило? – добавил он, заметив недоуменный взгляд женщины.

– Нет, – с сомнением ответила она. – Мне некогда читать газеты, Готхард здесь, да, но он так болен! Он вас не узнает. Доктор говорит, что это пневмония.