Лучшая французская поэзия

Вся дворня взбегалась:

цыпь! цыпь! цыпь! цыпь! Шалун,

Проворно,

Смекнувши, что беда,

Давай бог ноги! «Господа,

Слуга покорный!

По мне, хотя весь день извольте горло драть,

Меня вам не прельстить учтивыми словами!

Теперь: цыпь! цыпь! а там меня щипать,

Да в печку! да, сморчами

Набивши брюхо мне, на стол меня! а там

И поминай как звали!»

Тут сокол-крутонос, которого считали

По всей окружности примером всем бойцам,

Который на жерди, со спесью соколиной,

Раздувши зоб, сидел

И с смехом на гоньбу глядел,

Сказал: «Дурак каплун! с такой, как ты,

скотиной

Из силы выбился честной народ!

Тебя зовут, а ты, урод,

И нос отворотил, оглох, ко всем спиною!

Смотри пожалуй! я тебе ль чета? но так

Не горд! лечу на свист! глухарь, дурак,

Постой! хозяин ждет! вся дворня за тобою!»

Каплун, кряхтя, пыхтя, советнику в ответ:

«Князь сокол, я не глух! меня хозяин ждет?

Но знать хочу, зачем? а этот твой приятель,

Который в фартуке, как вор с ножом,

Так чванится своим узорным колпаком,

Конечно, каплунов усердный почитатель?

Прогневался, что я не падок к их словам!

Но если б соколам,

Как нашей братье каплунам,

На кухне заглянуть случилось

В горшок, где б в кипятке

их княжество варилось,

Тогда хозяйский свист и их бы не провел;

Тогда б, как скот каплун,

черкнул и князь сокол!»

Перевод В.

Сокол и Филомела

Летел соко?л.

Скликать цыплят; бегут цыпляточки,

прижались

Под крылья к маткам; ждут,

чтобы напасть прошла,

Певица филомела,

Которая в лесу пустынницей жила

И в тот час, на беду, к подружке полетела

В соседственный лесок,

Попалась к соколу. «Помилуй, – умоляет, —

Ужели соловьев соколий род не знает!

Какой в них вкус! один лишь звонкий голосок,

И только! Вам, бойцы, грешно нас,

певчих, кушать!

Не лучше ль песенки моей послушать?

Прикажешь ли? спою

Про ласточку, сестру мою…

Как я досталася безбожнику Терею…» —

«Терей! Терей! я дам тебе Терея, тварь!

Годится ль твой Терей на ужин?» —

«Нет, он царь!

Увы! сему злодею

Я вместе с Прогною сестрой

На жертву отдана безжалостной судьбой!

Склони соколий слух к несчастной горемыке!

Гармония мила чувствительным сердцам!.