#торшерная_терапия 2. Человек на острие желания

«Энергетика, говоришь… Ладно, посмотрим».

Люба принялась осматриваться. Если сейчас не начать, то не видать ей личной жизни, успехов в карьере и богатства. Приходится признать, что ни один наследный принц ей ещё не попался, а значит, придётся все делать самой. Люба вздохнула.

Работа предстояла серьёзная. Первые полчаса Люба потратила на альбом с фотографиями. Спохватившись, начала вынимать все вещи из серванта и складывать в кучу.

Мотиваторша настоятельно рекомендовала разговаривать с каждым предметом и слушать его ответ сердцем.

Люба взяла хрустальную сахарницу и спросила:

– Ну, что делать будем?

Сахарница не отвечала. По версии дамы из телевизора гранёный анахронизм нужно было незамедлительно отправить на помойку, раз ответа не последовало.

– А, ладно. Протру всё и соседке отдам. Она давно намекала, – пробормотала Люба.

С сервантом покончила быстро. Хрусталь стряхнул немного пыли, а книги из небольшой библиотеки выстроились плотными рядами на полке.

Настал черёд шифоньера.

От большей части старых тёткиных пальто, кофточек и остального скарба Люба избавилась практически сразу после похорон. Дальше дело не шло. Как-то и так было хорошо. Теперь придётся довести дело до конца.

Шкаф был старый, советский, довоенный ещё. Три створки, помутневшее зеркало, множество полок с шуфлядками. Люба провела по нему ладонью. На некоторых деталях виднелись мелкие пропилы жучка-древоточца. Она со скрипом открыла дверцу.

В нос ударил запах нафталина и духов «Красный мак».

Казалось, шкаф сейчас вздохнёт и осядет – так ему надоело стоять столько лет.

Зазвонил телефон. Люба с облегчением отвлеклась на звонок. Это была сестра.

– Я зайду, ты же дома всё равно, – по голосу Веры было понятно, что она будет делиться наболевшим.

– Я уборку делаю.

Попытка спастись от предстоящей беседы не удалась.

– Что там у тебя убирать, – буркнула Вера. – Жди, короче.

Она возникла на пороге через полчаса, и размеренность утра слетела с Любы, как шелуха.

Младшая сестра пришла жаловаться. Это был ритуал, в котором Люба играла роль канализационного стока: в следующие час-полтора в нее будут методично сливать проблемы: садик со сбором денег, сверхурочные часы на работе, давка в автобусе и обязательно Вадик.

– Он опять кредит взял, представляешь? – со злобным задором выдохнула Вера.

– Зачем? – обречённо спросила Любаша.

– Я так его и спросила! – продолжала распаляться сестра.