Благоволение успеху прилежной суеты

Сто двадцать рублей это ежемесячная компенсация моего потерянного здоровья в борьбе с суровой действительностью нашей эпохи

Нет, вы только на него посмотрите, продолжает Юра. – Ему уже скоро стольник, а он еще имеет такие свойства.

Какие свойства, какие свойства? Что… что он может без нас? – не унимается Фима Люкин. Мусьё Фурункул, мы имеем до вас летаргический вопрос: когда вы, наконец, нас покинете? На ваше почетное служебное место уже выстроилась целая очередь.

Я бы вас попросил, молодой человек быть более элегантным в вашем красноречии, и пожалуйста, без хамства.

Ты что тоже хочешь занять его должность в будке ?

А чего нет. Приличное место. Как выйду на пенсион – можно будет подумать.

Особо крепкая дружба завязалась у Осипа Никифоровича с моими домашними старшими после аварии, которая с ним приключилась несколько лет тому, летом, кстати, дело было когда, его персональная супруга, после просмотра детективных сериалов про Шерлока Ливанова и доктора Соломина принялась обучать своего выдающегося Осипа Никифоровича аглицким манерам.

И если с аристократическими выкрутасами по поводу чайной церемонии как-то еще ладилось:

Теа, sir, короткими глотками, пожалуйста.(tеа – чай, по ихнему; т-и-и! – понимать надо. И не хлюпать и не сопеть носом!) – то вот с классической британской невозмутимостью по поводу попадания столовым ножом в оболочку куриного яйца родилась серьезная проблема – настоящая авария; прям до крови.

Первые две попытки попадания в вершину яйца оказались удачными, но яйцо почему-то не разбивалось, и тогда наш герой со всего размаху нанес в третий удар по заданной цели.

Результат оказался столь неожиданным, что большой и указательный пальцы левой руки тут же омылись кровью, и Осип Никифорович, ругаясь, заикаясь от боли и облизывая пальцы, прибежал к моей матери на перевязку. Правда, мой старший, хотя и помогал активно супруге в оказании скорой медицинской помощи пострадавшему, но про этот обидный случай ничего мужественному обществу во дворе не рассказал; но народ всё равно всё узнал, и говорят из уст самого Великого Нео, когда он уже снял повязки с пальцев.

Нельзя также не признать, что внеочередная модная идея Осипа Никифоровича относительно чистоты родного языка хоть и не отличалась особой новизной, но была признана общественно полезной.