Старые индейские легенды

Наконец, склонившись над белыми иссохшими костями, он взял одну и дёрнул к себе. Кости, болтающиеся в суставах, загрохотали от его прикосновения. Иктоми отдёрнул руку. Он отскочил назад, поражённый. И хотя на нем было одеяло, его зубы стучали сильнее, чем когда-либо. Его реакция удивит тебя, мой маленький читатель, потому что вместо того, чтобы огорчиться, что он забрал своё одеяло, он громко запричитал:

– Хнык-хнык-хнык! Если бы я только съел оленину, прежде чем идти за одеялом!

Но эти слезы уже не тронули Щедрого Дарителя.

Это были эгоистичные слезы. Великий Дух никогда не обращает на них внимания.

Иктоми и мускусная крыса

Рядом с белым озером, под большой разросшейся ивой, на голой земле сидел Иктоми. Кучка тлеющего пепла намекала на недавнее костровище. Скрестив ноги вокруг котелка с супом, Иктоми склонился над вкусной варёной рыбой.

Он с поспешностью опустил свою ложку из чёрного рога в суп, потому что был очень голоден.

У Иктоми не было чётко отведённого времени для приема пищи. Зачастую, когда он был голоден, он даже не утруждал себя поиском еды.

Спрятавшись между озером и зарослями дикого риса, он смотрел только в котелок с рыбой. Не зная, когда удастся поесть в следующий раз, он намеревался съесть сейчас столько, чтобы продержаться хоть какое-то время.

– Хау! Хау, мой друг! – раздался голос из зарослей дикого риса. Иктоми вздрогнул. Он чуть не поперхнулся своим супом.

Он вглядывался сквозь длинные стебли с того места, где сидел, держа в воздухе свою длинную роговую ложку.

– Хау, мой друг! – снова произнес голос, но на этот раз совсем рядом с ним. Иктоми обернулся и увидел мокрую мускусную крысу, которая только что вылезла из озера.

– Ой, так это мой друг напугал меня. Я уж было подумал, не говорит ли среди дикого риса какой-нибудь дух во весь голос. Хау! Хау, мой друг! – сказал Иктоми. Выхухоль стоял и улыбался.

С его губ готово было сорваться «Да, мой друг», в уверенности, что сейчас Иктоми спросит его: «Мой друг, ты сядешь рядом со мной и разделишь мою еду»?

Ведь таков был обычай народа равнин. Однако Иктоми сидел и молчал. Он напевал старую песенку и легонько постукивал ложкой из рога буйвола по краю котелка. Крыса почувствовала себя неловко перед таким негостеприимным приёмом и пожалела, что не осталась под водой.