Тени королевского замка

Она была податлива и быстро обнажилась. Партнер же не торопился оголяться, он вожделенно рассматривал ее нагое тело. «Давай быстрее, – помнится, я даже поторопил его мысленно, – девушка замерзнет».

Вдруг послышались легкие шаги. Ритуля, какая-то вся опустошенная, с неестественно бледным лицом и синюшным телом приближалась к беседке. Я схватил ее одежду и выскочив на аллею, приложил палец к губам, указал на сторожку:

– Тихо, здесь люди!

Я протянул ей куртку и джинсы. Но она была, как зомби. Ничего не сказав, Рита, отвела мою руку с одеждой, потом схватила мою другую руку и стала тянуть в проход между подстриженным кустарником, в котором виднелся идеально ровный газон и цветочные клумбы.

«Ого, – осенила меня догадка, – она договорилась со Светой, и, наверное, все идет к групповщине!»

– Погоди, – прошептал я и потянул ее к сторожке, – ты в курсе, что там Света с иностранцем?

Рита ослабила напор, как-то странно улыбнулась (меня тревожил ее остекленевший взор), дала подвести себя к окну, но внутри домика уже никого не было.

– Опаньки! Куда они делись? – удивился я.

Ритуля загадочно улыбнулась, наведя меня на мысль, что разворачивается какая-то странная игра, и снова потянула меня холодной рукой к цветочным клумбам.

– Марго, милая, какая ты оказывается ненасытная! Ты хочешь прямо на газоне? А претворялась трусихой…, – я не понимал, что происходит. – Но ты вся такая… (я хотел сказать синяя, но воздержался) холодная, смотри, как бы не заболеть! Разве можно столько ходить раздетой?

Впившаяся в меня стеклянным взглядом, с какой-то потусторонне-загадочной улыбкой, Рита, казалось, не слышала меня.

– Ого, Ритуля, ты, кажется, уже перебираешь…

Я скользнул рукой по своему подбородку, смазывая струйку потекшей крови. Она отвела мою ладонь и стала жадно слизывать кровь… А потом снова впилась в губы.

– Ты что, мне больно! – вскрикнул я, оглядываясь и желая встать.

Но Ритуля очень крепко переплела мои ноги своими, надавила локтем на грудь, прижимая к земле. В ее глазах появился звериный блеск. Никаких сил сопротивляться не было.

Утолив кровожадный прилив, и держа мои плечи руками, Ритуля, как волчица, безумно захохотала, устремив глаза на яркую луну. От нее невыносимо пахло какой-то плесенью или прудовой тиной; из-под ее растрепанных волос выбивалось что-то белесое.