Пришедший извне

Тем более что до деревни было немало пути. "Хотя не исключено, что деревня раньше имела совсем другое расположение," – думал Борис, подходя к колодцу.

С грохотом прокатилось вниз по колодезному срубу ведро на толстой цепи. Зачерпнув и вытянув ведро, Борис вдоволь напился прохладной чистой воды.

На речном пляже плескалась деревенская ребятня. Мамочки с малышами сидели на самом бережке. Серьёзные старушки зорко бдили за внуками, чтобы те не заплывали далеко.

Плавать в "лягушатнике" совсем не хотелось, и Борис пошёл вдоль берега подальше от суеты.

Найдя подходящее место, молодой человек скинул с себя одежду и нырнул. Холодная речная вода поглотила его с головой. Вдоволь наплававшись, он вылез на берег; приятная прохлада разливалась по телу. Развалившись звездой на траве, Борис получал неописуемое удовольствие.

"Обсохну, ещё разочек нырну и уже тогда обратно пойду", – думал он.

Меж тем в деревне Миша собрал весь нужный инструмент и разложил его у колодца. Спустя пятнадцать минут он, мучимый бездельем, решил-таки начать чинить колодец сам.

"Пока прикину, что да как, а Борька придёт, и тогда уже по-серьёзному возьмёмся", – думал он, стоя у сруба.

Одно за другим ловко снимались брёвнышки с деревянного колодца. Михаил не спеша орудовал монтировкой. Колодец и впрямь был трухлявым донельзя.

В какой-то момент, потянувшись к очередному гвоздю, молодой человек оступился на скользкой от воды доске и потерял равновесие. Неудачно вывернувшись, Миша спиной полетел вниз, хватаясь руками за воздух.

Попутно он потащил за собой плохо скреплённые бревёнца. Ветхий, им же разобранный сруб обрушился внутрь, погребая под собой молодого человека.

Медленно текли мысли Бориса, разморённого на солнечном берегу. Идти никуда не хотелось. Сон потихоньку пробирался в сознание. Как вдруг он почувствовал странный запах.

Так пахнет лесная земля: прелыми листьями, влажным мхом, сырыми грибами…

Приподнявшись на локтях, он посмотрел в стороны, пытаясь понять, откуда идёт запах.

Запах меж тем усилился.

Борис поднялся на ноги и, обернувшись, встал как вкопанный.

В десятке метров позади него стоял "сонный" человек.

Редкие бесцветные волосы развевались на тёплом ветерке. Голова безвольно свесилась на грудь. Верхняя одежда совсем истлела, и лишь в некоторых местах висели лохмотья, которые уже не могли прикрыть разлагающееся тело. Странный резонанс вносили резиновые сапоги, отлично сохранившиеся, но почему-то с одной стороны потерявшие цвет.