Страницы минувшего будущего

И что могло ему понадобиться вечером, когда смена уже давно к концу подошла? Вопрос следовало бы озвучить прямо сейчас, но почему-то вместо того Оля лишь рвано вздохнула и намотала чёрный телефонный шнур на палец. На несколько мгновений в трубке тишина повисла, и стоило бы насторожиться, видел бог, непременно стоило бы!..

Но отчего же этого не случилось?

– У меня есть новости.

Язык прилип к нёбу, и даже сглотнуть не получилось. Где-то за спиной раздалось громкое хлюпанье – Портос или выпрыгнул из ванны, или просто отряхивался.

Но Ольга, до слуха которой этот звук донёсся словно сквозь плотную пелену, практически никак не отреагировала – лишь в голове пронеслась мысль, что неплохо бы обернуться. Пронеслась и тут же растворилась, словно не бывало её.

Палец с по-прежнему намотанным на него шнуром онемел, и точно так же онемело всё тело. Оле захотелось вдруг, чтобы Валерка продолжал выжидающе молчать и ничего больше не говорил целую вечность, потому что стало невероятно страшно.

Этот страх медленно, словно издевательски, проникал под кожу, и мурашки теперь бегали по плечам не только из-за воды. Даже светлые тонкие волоски на руках встали дыбом – как-то машинально на это обратились остатки внимания.

– Ну?

Тихо-тихо, практически шёпотом и в призрачной, детской надежде на то, что её не услышали бы и повесили бы трубку, подумав, что на линии неполадки возникли. Потому что, если бы новости хорошими оказались, Валерка непременно – уж это Оля знала точно! – сразу бы сказал, чтобы она не волновалась понапрасну.

Но он этого не сделал.

Значит, и бодрить себя бессмысленно.

– Я разговорился с одной сменой из новостей вечером, когда ты уже ушла, спросил про этого Кравцова…

Новая пауза едва не вызвала жалобный скулёж, и только вовремя прикушенная губа – да побольнее, чтобы не потерять самообладания – позволила сдержаться. Оля стояла, навалившись на стену, и дрожала, сама не понимая, от чего конкретно.

И, когда Валерка озвучил место, куда отправилась съёмочная бригада, всё, на что хватило сил – полный отчаяния и надежды на решивший подвести слух возглас:

– Куда?!

Но в ответ – лишь повтор уже услышанного и тихий, словно бы с нотками вины, голос на том конце провода.

Агата уехала молча, почему-то не поделившись грандиозной новостью о предстоявшей поездке, и о командировке Ольга узнала совершенно случайно, поначалу подивившись подобной скрытности.