НКВД

По его глазам он производил впечатление человека одержимого. В нем было что-то жуткое…». Дзержинский в одном разговре намекнул, что красный террор преследует цель сократить «буржуазное население» России. В архивах есть протокол заседания ВЧК, где обсуждался поступок Дзержинского, который убил из револьвера прямо в служебном кабинете, надерзившего ему, революционного матроса. После покушения на Урицкого и Ленина в Петрограде в одну ночь чекисты расстреляли полтысячи заложников. 1-го сентября 1919 года все коммунистические газеты, включая нижегородские, перепечатали сообщение «Известий» под лаконичным заголовком «Рсстрел 500».

Правая рука Дзержинского Мартын Лацис наставлял чекистов на Восточном фронте: «Мы истребляем буржуазию, как класс. Не ищите в следствии материалов и доказательств, того, что обвиняемый действовал делом или словом против советской власти. Первые вопросы, которые мы должны ему предложить, – к какому классу он принадлежит, какого он происхождения, воспитания или профессии. Эти вопросы должны определить судьбу обвиняемого.

В этом смысл и сущность красного террора».

Роман Гуль, писатель русского зарубежья, писал о кадрах ВЧК: «Дзержинский взломал общественную преисподнюю, впустив в ВЧК армию патологических и уголовных субъектов. Он прекрасно понимал жуткую силу своей армии, желая расстрелами в затылок создавать немедленный коммунизм. Дзержинский уже в 1918 году стремительно раскинул по необъятной России кровавую сеть чрезвычаек: губернские, уездные, городские, волостные; сельские, транспортные, фронтовые, железнодорожные, фабричные.

Он прибавил к ним « военно – революционные трибуналы», « особые отделы», «чрезвычайные штабы». «карательные отряды». Из взломанного «вооруженным сумашедшим» социального подпола в эту сеть хлынула армия чудовищ садизма, кунсткамера, годная для криминалиста и психопатолога. С их помощью Дзержинский превратил Россию в подвал чеки и, развивая идеологию террора в журналах своего ведомства «Еженедельник ВЧК», «Красный Меч», «Красный террор», Дзержинский руками этой жуткой сволочи стал защищать коммунистическую революцию. Да и могли ли быть другие исполнители людоедских телеграмм Ильича или садистских инструкций Дзержинского и Лациса? Способен ли нормальный человек убивать заложников? – заметил Станислав Смирнов , историк и журналист из Нжнего Новгорода.

20 июля 1926-го на пленуме ЦК, рассматривавшем экономику СССР, Дзержинский 2 часа делал доклад, во время которого выглядел больным.