Детские

Конечно, она не принадлежит его воображаемому миру; никто из людей мира материального, жизни здешней, земной, не подымался еще до высот невидимой вселенной Милу, жизни потусторонней, измышленной. Эти миры существуют отдельно, и, несмотря на привязанность, которую она питает к внуку, мадам Сорен никогда не удостоится чести быть представленной Невидимкам. От одной мысли, что он произнесет имя Данба перед бабушкой, у Милу кружится голова.

Тем не менее мадам Сорен доставляет ему радости, что принадлежат миру нездешнему.

Например, он просит ее петь песенки, слова которых не слушает, но музыка сопровождает его видения мира тайного.

Мадам Сорен знает много песен – песен ее молодости, песен Беранже, частушек про всяких политиков, которые нравились месье Со-рену. «А у Селин моей любовник скромный…», «Эй, ягнятки-малыши!», «Студенты пошли в свою „Хижину“», «Вольтер, владыка смыслов…» и т. д.

– Бабуль, спой что-нибудь! Знаешь про «Лицемеров»?

Мадам Сорен начинает петь густым голосом, по-прежнему смотря в окна кухни.

Ее слушают стоящие на каминной полке бюсты Руссо и Вольтера.

Пусть Климент нас упразднил,

В страшном умер он мученье,

Пий Седьмой восстановил —

И его мощам почтенье…[4 - Песня П.-Ж. Беранже «Святые отцы», перевод В.А. Рождественского.]

О дивная героическая музыка, под которую кружат на шумных празднествах кавалеры в золотых доспехах в землях, где не бывали ни Мизон[5 - Луи Александр Антуан Мизон (1853–1899) – французский морской офицер, исследователь Африки, губернатор французской колонии.

], ни маркиз де Морес[6 - Антуан-Амеде-Мари-Венсан Манка Ама де Валломброза, известный как маркиз де Морес (1858–1896), – французский политический деятель, невероятно прославился своими авантюрами.], в краях, о которых географы пишут «непроходимые дебри», а Милу читает эти слова как «родимые дебри». Песня заканчивается слишком рано.

– Ладно, дай-ка я схожу посмотрю, чем это они занимаются там на кухне, – говорит мадам Сорен.

 – А ты сходи к Юлии, она работает сейчас в прихожей.

III

Он отыскивает Юлию Девенсе в малой гостиной. Устроившись в самом удобном кресле, она чинит отцовы носки. Юлия, дочь фермера, девочка двенадцати лет, прекрасно развитая для своего возраста, с красивыми карими глазами, каштановыми волосами и пухлыми розовыми щеками. Мать ее умерла, и отец отправил Юлию на три года к родственникам, живущим на юге.