Богатырщина. Русские былины в пересказе Ильи Бояшова

Воскликнул Илья:

– Отчего же ты, сильный, могучий Иванище, не очистил Царьград от Поганого Идолища? Отчего не убил проклятого вора?

Отвечает ему Иванище:

– На того вора силы моей не хватит. Здесь надобен иной богатырь.

Решил Илья:

– Скидывай тогда с себя свою каличью одёжу. Разувай лапотки семи шелков с камнями-самоцветами. Подавай мне свою пудовую палочку. А взамен бери моего коня и надень моё богатырское платье. Я пойду в Царьград, повстречаюсь с тем Идолищем.

Так они и сделали. Надел Илья Муромец каличью одёжу, обул лапотки семи шелков, захватил пудовую палочку и пошёл к Царьграду.

Долго ли коротко, добрался он до города, заглянул на царский двор к самому Константину Боголюбовичу, позвал царя зычным голосом:

– Эй, царь Константин Боголюбович! Возьми калику в свои белокаменные палаты! Накорми досыта, напои допьяна! За тем каликой пришли к тебе неплохие вести.

Царь Константин Боголюбович таким словам обрадовался, выходит на широкое цареградское крыльцо, приглашает гостя:

– Ступай ко мне в белокаменные палаты!

Перехожего калику и не надо упрашивать: тотчас заглянул он в палаты; крест там клал по-писаному, поклоны вёл по-учёному.

Поклонился затем царю Константину Боголюбовичу, а на Поганое Идолище и внимания не обращает. Тот перестал есть-пить, разозлился, насупился, хочет калике повести допрос:

– Ты откуда, такой-сякой, взялся? С коей земли, с коей орды повыискался?

Отвечает калика:

– Я сам от города Киева. Хожу-брожу по Святой Руси, где на поклонный крест помолюсь, где на церковную маковку.

Спрашивает Идолище:

– А что, в том городе Киеве, говорят, есть Илья Муромец, Иванов сын? Коли есть он, то велик ли ростом?

Калика отвечает:

– Налезает на Илью неприметная каличья одёжа.

Засмеялся Идолище:

– Мне и трёх платьев на себя маловато будет.

Вновь спрашивает:

– А помногу Илья хлеба ест?

– Ест Муромец по три крупитчатых калачика.

Здесь Идолище совсем развеселился:

– Экий богатырь, да ещё и славится! Я бы его на одну руку клал, другой ударил бы – только блин бы и стал с него, с Муромца.

Я как ем, так сразу по три коровы-яловицы, запиваю их тремя вёдрами пива.

Калика говорит:

– У нашего князя Владимира была коровища-обжорища, тоже много ела-пила да и треснула.

Кровью налился от таких слов Идолище, словно комар напившийся. Опрокидывал он дубовые столы, дорогие вина, сахарные яства. Метнул в калику ножище-кинжалище.