Любовь холоднее смерти

Нужно написать роман как бы от лица английского автора, да? Под псевдонимом? Переписать чужой сюжет?

– Брось, это не тот случай. Понимаешь, они хотят выпустить на рынок такую небольшую бомбочку. Им думается, что это всех заинтригует, и кто знает… – Подружка глубокомысленно выпустила струйку дыма: – Вдруг они окажутся правы? Тогда и ты прославишься, потому что никакого псевдонима не будет. Говорю же тебе – ты должна будешь написать окончание неоконченного романа!

– А почему автор сам не может? – Лида была сбита с толку.

 – Он умер?

– Ты даже не представляешь, как давно он умер. – Та уже открыто смеялась.

– Ну ладно тебе, Светка, ты так таинственно выражаешься! – взмолилась девушка. – Скажи прямо, что это такое?

Но когда она услышала, в чем дело, ей и самой захотелось смеяться. Она прижала руки к разгоревшимся щекам – Лида всегда легко краснела – и поддержала веселье подруги:

– Закончить «Тайну Эдвина Друда»?! Дописать Диккенса?! Они рехнулись!

– Тысяча долларов, – напомнила Света. – Желающие найдутся, будь спокойна! Я первая узнала, потому и хочу, чтобы ты опередила других! Ты должна это сделать!

Лида уже утирала выступившие от хохота слезы:

– Вот именно я и больше никто?

– Именно ты, – настаивала Света, уже без улыбки.

 – Во-первых, ты переводчик, во-вторых, ты любишь Диккенса, а стало быть, не напорешь чепухи, в-третьих, ты по крайней мере грамотный человек и у тебя приличный стиль.

– Именно поэтому я и не возьмусь за такую ерунду, – перебила ее Лида. – Это в-четвертых!

– Смотри, пожалеешь! – предупредила подруга.

 – Напишет за тебя какой-нибудь на все согласный поденщик, заработает свою тысячу, а на Диккенса ему будет плевать! А ты купишь на лотке книжку, прочтешь… И тебе будет стыдно. За Диккенса, что его выставили недоумком, и за себя, что отказалась.

Их спор прервало появление карающей силы – охранник, услышав в конце тихого коридора голоса, явился выяснять, что происходит. Девушки бросились в аудиторию.

Вечером Лида передала это предложение Алеше в качестве веселой шутки.

Но тот, к ее изумлению, отнесся к предложению очень серьезно.

– Почему нет? – сказал он. – Это безумно интересно, я бы и сам взялся, но ты же понимаешь, работа все время отнимает.

Неожиданно Лида почувствовала нечто вроде укола ревности. Он бы взялся?! Он, прочитавший только «Оливера Твиста», да и то в детстве? Не знающий и сорока слов по-английски (как его ни натаскивала жена, Алеше с трудом натянули тройку в дипломе).