Снегирим

Ребята прекрасно провели время у Кати дома. Многие были под впечатлением от ее квартиры и шикарной комнаты! Она включила музыку на огромном магнитофоне Yamaha, настроения добавила кассета «Modern Talking». Катя переводила гостям песню «You are my heart, you are my soul»[62 - Ты мое сердце, моя душа.], но Илья не обращал на эти душевные слова внимания, поскольку был полностью поглощен картами – он, как В. З., просчитывал ходы в уме.

Катя достала из загашников все деликатесы, которые смогла найти. Даже открыла банку с крабами, которая хранилась на Новый год; девочка сознавала, что ей влетит, но ва-банк так ва-банк – «хрен с ним!».

Все, включая Илью, были в чудесном настроении, насладились тусовкой и, попрощавшись на лето, ушли. Некоторые мальчики из класса Ильи пытались ухаживать за Катей, но она отшучивалась.

Наконец все ушли, и она осталась одна с горой грязной посуды. Стало очень грустно и больно, а еще она почувствовала себя полной дурой: ну не нравится она Илье – что же тут непонятного! И тут она впервые в жизни вдруг подумала: «Он слишком шикарный для меня, и я его не стою».

Катя горько расплакалась. Эта мысль ужалила как змея, особенно сейчас, когда занятия кончились и она не увидит его целое лето. Это был полный провал! Целый год надежд и пустых мечтаний. Утром она долго красилась перед УПЦ, и теперь черная тушь потекла по всему лицу – какое унижение!

Ее громкий плач перебил звонок в дверь. Катя разозлилась: «Даже поплакать спокойно нельзя, а сейчас еще достанется от предков за этих крабов!» Она чуть-чуть подождала, и позвонили снова.

Слегка вытерев лицо, она открыла дверь и обомлела… На пороге стоял Илья. Увидев, что она растерялась, он сказал:

– Прости за беспокойство, я проездной потерял. Может, у тебя забыл?! – Катя не могла выйти из ступора.

– Можно пройти, никого дома нет?

– Нет, я одна. Проходи, конечно… Сейчас поищем.

Илья оставил портфель в прихожей и быстро прошел на кухню, где они еще совсем недавно играли в карты, а Катя за ним. Он сел за стол и попросил кофе.

Все еще в шоке, Катя молча поставила турку на огонь.

– Так где ты его оставил? Поискать? – наконец предложила она.

– Нет, не надо, – спокойно сказал Илья, – я ничего не потерял. Это был просто предлог, чтобы вернуться.

Катя едва не выронила турку, которую снимала с огня.

– Зачем? – спросила она и почувствовала, как он взял ее руку своей волшебно-теплой рукой с длинными пальцами и притянул к себе, как бы естественно усадив себе на колени.