Снегирим

 – Как хорошо тут у тебя в Снегирях, просто душой отдыхаю, даже не знаю почему! Ну и телом тоже, – хихикнул он.

– А знаете, Иван Иваныч, когда Катя моя маленькая была, я как раз дачу строил и очень счастливый был – ну просто поверить не мог своему везенью, что участок получил! Один раз я поехал сюда стройку контролировать и дела решать, а ее с собой взял. Потом рабочие ушли, а мы с Катей стоим около большого вишневого дерева, вот того, – В. З. показал рукой в окно, – тогда лето было: солнце сияло, погода офигенная – лепота просто, и я ей говорю: «Смотри, доченька, как красиво, – это теперь наши с тобой Снегири!» Она мне улыбнулась в ответ и стала вишни собирать в лукошко, по участку нашему бегать и прыгать, дом тогда еще не достроили, и вдруг закричала: «Папочка, классно мы с тобой СНЕГИРИМ!» С тех пор это мое любимое слово!

– Ржачно, – ответил министр, – а что такое «СНЕГИРИМ»?

– Ну не знаю, – попробовал объяснить В.

 З. – Типа «СНЕГИРИТЬ» – это радоваться, быть вместе, наслаждаться моментом, ну, кайф ловить от красоты жизни, что ли, а может, что-то новое создавать. У нас это с дачей связано: я ее с нуля построил, и тут вот счастливые моменты у нас, сами же говорите, что вам тут приятно.

– Класс! Мне нравится: все как-то с воображением у тебя, с изюминкой, что ли! Ну давай тогда, пошли снегирить, профессор! – подвел итог министр и, щелкая пальцами поднятой вверх правой руки и весело посвистывая, вприпрыжку отправился на кухню.

Глава 2. Красавица Александра

31 августа 1982 года, ровно в 16:00, в квартире, где В. З., Тамара и Катя жили уже почти пять лет, раздался телефонный звонок. Квартира эта находилась в престижном районе Москвы, около метро «Университет», и многие посетители этого гостеприимного дома В. З. завидовали его благополучию: в квартире было четыре комнаты, большая кладовка, заграничная мебель и всякое искусство, даже копье на стене, привезенное в подарок студентом-докторантом В.

 З., который по непонятному стечению обстоятельств стажировался в Гвинее-Бисау. Еще у В. З. была коллекция масок, висевших на той же стене, что и копье. Одну из них, символизировавшую изгнание злых духов из чьей-то души, подарил брат Тамары, работавший в советском консульстве в Шри-Ланке.

У Кати была своя комната, где стояла мебельная стенка, произведенная в Лейпциге; у Тамары был антикварный рояль Yamaha, на котором она играла с детства.