Буквы (сборник)

– …Учись хорошо, лекции не пропускай, допоздна не гуляй… – мама всё говорила и говорила.

Настя поддакивала и с трудом сдерживала ком в горле. В институт она не поступила: не хватило пары баллов. Хорошо хотя бы, что за квартиру заплатила за два месяца вперед: как раз время найти работу.

– … А там, глядишь, и нас с Костей к себе заберёшь… – понадеялась мама.

Прошло полтора месяца. Настя устроилась официанткой в забегаловке. Проснуться в пять утра, привести себя в порядок, сорок минут на электричке, ещё час в метро и на автобусе.

И к девяти надо быть на работе. Двенадцать часов на ногах. Не дай Бог, что-то разбить или обидеть клиента. Ноги опухли, на них проступила венозная сетка.

После вычета штрафов из зарплаты осталось сто девяносто пять рублей. Меньше, чем ушло на проезд. И осень уже. И хозяин квартиры «тактично» намекнул на приближающийся срок квартплаты: «Настя, ты учти, день просрочки – вылетишь сразу же…» Колготки порвал, гад.

* * *

Тишина и неяркий свет. Тишина сменила привычный перестук колес поезда.

Фонарь на перроне осветил половину купе. Мирон проснулся и взглянул на часы: четверть четвёртого.

На верхней полке обеспокоено завозился попутчик. Мирон выглянул в окно и чертыхнулся: это была его станция.

В дверь постучали:

– Ясный, стоянка – три минуты.

Мирон накинул куртку, взял собранную с вечера сумку, мысленно попрощался с соседями по купе и направился к выходу. В тамбуре кивнул зевающему проводнику:

– Счастливо.

– Счастливо.

Всегда так.

Какой фразой прощаешься, той и ответят. То ли ленятся, то ли… Чёрт их знает.

Ясный встретил его прохладным ветром. Мирон поёжился и закурил.

– Такси надо? – спросил невысокий плотный кавказец.

– Надо. В гостиницу. Ближайшую.

– А у нас всего одна, – усмехнулся таксист. – Поехали.

В салоне «Волги» тепло и уютно. Фонари не горели, так что единственным освещением в городке были мелькавшие окна маленьких одноэтажных домиков.

Через пять минут они подъехали к трёхэтажному зданию.

Небольшая потёртая вывеска гласила: «Центральная гостиниця № 1». Оказалась она на перекрёстке улиц им. Маресьева и Чехова. Чуть ниже по Чехова виднелись огни таверны «Очаг». Судя по припаркованным машинам, «Очаг» ещё работал.

Мирон расплатился, вытащил сумку и подошёл к дверям гостиницы. Закрыто. Мирон постучался. «Жрать и спать», – мелькнуло в голове.

Дверь открыл охранник с сонным, опухшим лицом и слипшимися глазами:

– Чего?

– Мне нужен номер.