Лучше бы я осталась старой девой

 – А тебе-то что? Ждала его, что ли?

– Нет, но… Это не Ариф был?

– А кто его знает… – задумался Максим, закуривая новую сигарету. – Для меня они все похожи… Вот Абдулла учился, так я его от Арифа не отличал даже вблизи. Худой был парень, и шнобель здоровый, и кудрявый. Оборванный. Твой?

– Не знаю… – тоскливо ответила Наташа. – Ариф был не оборванный…

– Все меняется, – философски вздохнул Максим. – Думаю, это был не он… Он бы все-таки перекинулся со мной парой слов, мы водки попили в свое время… Да и к тебе бы зашел…

Максим зевнул, посмотрел на часы и разозлился:

– Где Влад?! Меня сменять пора! Эта сволочь то дрыхнет, то по гостям шляется… Позови, пусть спустится!

Наташа тронулась в обратный путь – вверх по лестнице.

Идти было трудно, она задыхалась, лестница в темноте казалась еще более крутой. Один раз она оступилась, чуть не упала, и в этот миг ей вдруг стало так страшно, как никогда в жизни. Откуда взялся страх? Она не могла объяснить себе этого и только прибавила шагу… В комнату, где происходила гулянка, она почти вбежала.

Марина была очень бледна и совершенно пьяна, косметика размазалась по потному лицу. Светка исчезла – видимо, решила, что с нее хватит развлечений. Парни развалились на диване – все четверо. Они курили, пуская по кругу папиросу без фильтра, и в комнате стоял отчетливый запах анаши. Наташа поморщилась.

– Рехнулись? – спросила она. – А если кто узнает?

– А кто? – вяло, заплетающимся языком спросил Влад. Глаза у него были глупые и красные, взгляд сонный… – Садись с нами.

На, держи… Пацаны, оставьте Наташке…

Он попытался вырвать у них самокрутку, но Паша не дал:

– Она не будет!

– Будет! – настаивал Влад. – Правда, будешь? А, Наталка? Лучше станет…

– Наплюй на пузо… – сдавленно проговорила Марина. Видно было, что она боролась с тошнотой. – Наплюй…

– Я курить не буду, – твердо ответила Наташа. – А тебя, Влад, зовут.

– Кто? – вяло спросил он.

– Максим.

– А, этот подождет… Мало я его ждал? Наталка, сядь!

Он поднялся, нетвердыми шагами приблизился к ней, обнял за худенькие плечи и смачно поцеловал.

От него сильно пахло водкой и копченой колбасой. Наташа отвернулась и ударила его по плечу. Она вовсе не испугалась, четыре года жизни в общежитии научили ее отказываться от любых, даже самых навязчивых предложений. И постоять за себя она смогла бы. А в том, что насиловать ее никто не решится, девушка была уверена.

– Иди ты, Владик, – сказала она совершенно спокойно. – Иди вниз, на вахту.