В Петербурге время чая. Искусство наслаждаться жизнью каждый день

Говорят, что правильно вбивать сваи – так, чтобы они выдерживали воду вокруг – столетиями, учились у старенького-престаренького дедушки, который перенял это непростое ремесло очень и очень давно у точно такого же старенького – своего дедушки. Что якобы современные строители слушали его и впрямь, раскрыв рты. Когда же в благодарность они стали восторгаться диковинными знаниями своего мудрого учителя, дедушка ответил, что ничего особенного в его знаниях и умениях нет, – в его времена, если б он чего-то такого не знал, могли б и на кол посадить.

Еще говорят, что недостающие кирпичи для кузни покупались чуть ли не поштучно на аукционах – для того, чтоб совпал истинный год изготовления. Не удивлюсь.

Когда Лавруша подросла и стала разговаривать, я, видимо, слишком часто восторгалась вслух – ты посмотри, какой он красивый – наш остров. Как-то дочка ответила: да я всё здесь знаю! Когда вас со мной еще не было, я уже гуляла здесь.

Одним боком остров выходит на Мойку. Здесь растет мой любимый величественный многовековой дуб.

Если встать, прислонившись к дубу спиной, перед нами – дом по набережной реки Мойки, 112. И вот они – окна. Эти окна сводят меня с ума, когда я смотрю на них – арочные, трехметровые – в небо. С таким размером окон пытаюсь представить высоту потолков. Непонятно зачем, но я так хочу попасть в комнату с этими окнами, что страшно грущу по своему советскому детству, когда можно было просто позвонить в любую дверь и попросить макулатуры. И вдруг услышать приглашение выпить чаю.

Joie de Vivre.

Но мы идем по острову дальше…

Травяной сад. Эти ежегодно сменяющие друг друга шедевры.

Растения в саду как будто танцуют танец. Сначала на первый план выступают одни, потом другие. Замирая перед этой красотой, думаешь, что ты уже почти привык к определенной палитре, но через две недели почему-то создается впечатление, что на месте прежних растений высадили новые. А то, что вы увидите через месяц, и вовсе не похоже ни на какое логическое завершение.

Растения цветут в разное время. Каждая из полянок солирует в свой черед, исполняя партию в эстетическом многоголосье.

Вдруг куда-то исчезли ажурные шляпки и здесь же выстроились строгие конусы-колпаки. Спокойная сине-фиолетовая волна переходит в фиолетово-сиреневую и очень органично сменяется пронзительно-розовым восковым свечением. Местами роскошь чуть приглушается желто-зеленым покрывалом. Всю эту цветную эмаль ювелирно обрамляет золото злаков.