Недетские сказки

Однако, все эти разговоры были беспредельно ни о чем и запредельно поверхностны – они не помогали ему найти ответ на основополагающий вопрос, кем же они являются друг для друга:

– Кем они мне приходятся? Если родственниками, то близкими или дальними? Если коллегами по службе, то в какой они должности? Квартирантами? Но я не доходный дом! Просто посторонними созданиями? Но я не проходной двор!

Эти вопросы неотступно преследовали Шкаф даже во сне.

– Возможно я действительно вижу их только во сне, а на самом деле никаких вешалок во мне и в помине нет, – надеялся он.

Так вот, на самом деле все вешалки в нем были не только реальны, но и обладали одной уникальной чертой – у них напрочь отсутствовала персонификация, то есть, среди них невозможно было выделить кого-то одного.

Лишь вся популяция Металлических Вешалок представляла собой нечто единое, целое и неделимое. И со стороны они все вместе были похожи на некоего монстра с коллективной формой сознания и, очевидно, подсознания.

Племя? Толпа? Сообщество? Одновременно все вместе взятое! Поэтому каждая отдельно взятая вешалка была просто нулем – никто, нигде и никогда.

Лишь все вместе вешалки из металла были – Металлические Вешалки. Лишь все вместе вешалки из дерева были – Деревянные Вешалки. Лишь все вместе вешалки из пластмассы были – Пластмассовые Вешалки.

Странное впечатление производили, к примеру Пластмассовые Вешалки, когда одежду – или Одежду, как мы договорились, располагали на одной из них.

Кстати, мир вешалок, как и любое другое сообщество, состоит из разных слоев, определяемых исходным материалом. Есть тут и своя знать, и свой середнячок, и свои простолюдины – как везде.

Металлические Вешалки отличались исключительной чопорностью и высокомерием – еще бы, ведь их родословная прослеживалась от железного века! С учетом этого становилось понятно, почему при обсуждении любой темы они вели себя так, будто абсолютно все зависело лишь от их точки зрения.

И к Шкафу они всегда относились снисходительно-покровительственно:

– Он сделан всего лишь из дерева!

Поэтому Шкаф, как мог, избегал общения с ними, но это не всегда ему удавалось.