Любовь, предавшая себя

Сергей снял рубашку.

– На, держи, а то замараю, новая еще, первый раз надел. Смотри, как это делается.

Парень брал рыбину под жабры, бросал на стол и ловко снимал с нее чешую. Рыба, пойманная ночью, была еще живая, била хвостом об доску. Блестящая на солнце чешуя летела во все стороны. Затем он обмывал рыбу в ведре с водой, клал на другую сторону доски, где было почище и одним движением вспарывал живот рыбине.

Эльмира с ужасом смотрела на это действие. Она больше никогда не станет есть рыбу. Надо же, с живой рыбины снимать шкуру, и вспарывать ей живот.

Тут она услышала голос тети Тани.

– Ай, да девка, молодец какая! Правильно, нечего руки марать, когда кругом мужиков полно. Сынок, иди сюда, помоги Сереже. Да сними рубаху-то, вон Сергей разделся. И твою рубаху Эля подержит заодно. Не пропадет без тебя твоя Эльмира, как я погляжу.

– Ты что, не могла меня позвать? Мать теперь расстроилась. А ты че тут голым торсом светишь, еще бы штаны снял

– Это с тебя надо снять штаны. Над твоей девушкой издеваются, а ты рот разинул.

Для чего ей самую грязную работу поручили? Она могла бы картошку почистить, или салат накрошить. Да, иди-ка ты подальше, дурак такой, что тебе объяснять еще буду.

Сергей развернулся и пошел в сторону ворот.

– Сережа! Рубашку возьми. Не сердись на Мишу, просто ему трудно, не уходи. Миша, не нужно ссориться с другом. Он просто хотел помочь. Ты прав, надо было мне сразу сказать, что я не смогу почистить рыбу и позвать тебя. Пойдем в дом, я помогу салаты порезать, скоро обед, гости придут.

Давай, не будем ссориться.

Стол получился шикарный. Некоторые родственники пришли задолго до обеда. Женщины готовили, накрывали на стол, мужчины уже выпивали во дворе. В тесной кухне не было смысла толкаться, тем более Элю откровенно игнорировали. Она вышла на улицу и села на лавку. Рядом присел Михаил.

– Как-то нехорошо получилось. Теперь мама будет думать, что ты легкомысленная.

– Миша, что я такого сделала, чтобы обо мне так думать? Мне важно, чтобы ты не считал меня такой.

А ты не считаешь, или как?

– Ну, моя мама говорит….

– Стоп. Или ты прекращаешь говорить глупости, или я ухожу.

Эля резко встала и пошла в сторону реки. Она еле сдерживала слезы.

– Как он может? Он не видит, как вся его родня дружно ее третирует. Зачем только она согласилась прийти на эти чертовы проводы? Догадывалась же, что ей будут не рады. Как они порадуются, если она сейчас уйдет. Нет уж, не доставлю я вам такого удовольствия.