Дыхание

– Окей, а я, пожалуй, налью себе, – Саша отошёл к стене, мягко на что-то нажал, небольшая картина с пейзажем отъехала в сторону, за ней оказалась ниша с рядом элегантных бутылок.

– Я погляжу: у тебя хороший вкус, – Вадим разглядывал этикетки, – это вот островные, им двенадцать лет. Редкость. Ты что, стал висколюбом? Раньше не замечал. Или это положение обязывает? Типа, с чиновниками первого эшелона пшеничную пить под буженинку с икрой не в тренде?

– Ну.. как тебе сказать. У каждого мужчины есть интересы по жизни, ну, типа хобби… согласен? Одни любят рыбалку, другие коллекционируют модельки машин, а я вот стал последние два года вискарик коллекционировать… Пока здоровому образу жизни не мешает.

Хотя виски у меня только для гостей, я предпочитаю ром. Это же такой вкус…мммм… а какой аромат!…

Саша налил янтарной жидкости в пузатый стакан. Тихо вошла Оля, одной рукой она подталкивала широкий сервировочный столик. Всё было чинно и аккуратно, как отметил Вадим: белоснежная посуда, бисквиты, фрукты, дорогие конфеты…

– Тебе зелёного или чёрного?, – Оля вопросительно посмотрела на Вадима, – мы сейчас полюбили иван-чай, он с прекрасным ароматом.

Не помню, как он правильно называется… ну, не важно. Главное – оздоравливает и бодрит, как хороший кофе.

– Давай его.

– Да, Вадик, совсем не самый лучший повод для твоего приезда. Я о том, как всё получилось с Пашей, – Оля помолчала и продолжила, – я даже не поехала никуда: на прощание и домой к ним. Как-то это всё на меня так подействовало… Такой был светлый человек Паша, казалось, вот счастливая жизнь… и вот такое…

– Да, всё так неожиданно.

Самое неприятное в факте смерти, конечно, это её неожиданность.

– Сама смерть не может быть ни приятной, ни неприятной. Смерть, скажем так, один из жизненных эпизодов. Она неизбежна, как смена времени года. И да, человек никогда не сможет спокойно и без эмоций принимать приход смерти, – Саша вмешался в разговор, отпив из своего стакана. Вадим почувствовал неуловимый аромат, словно от жжёной древесины.

– С Пашей ещё непонятно ничего. То есть с этим, как сказать, фактом смерти. Точнее, не фактом, а меня смущает сами события перед его кончиной, – Вадим повертел в руках ложечку и положил на салфетку.

– Что именно тебя смущает? Конечно, умереть в такой возрасте это так… так обидно и нелепо, конечно же, – Оля вопросительно посмотрела на Вадима, – тебе что-то известно, что-то плохое?

– Пока нельзя ничего сказать. Нет ясности.