Письма к Единорогу

Что я могу ответить?

Варианты: «Нет, я просто не хочу быть хуже», «Да, я хочу стать лучше», «Я надеюсь, что я уже лучше остальных».

Разве это плохо, когда человек стремится стать лучше?

Я вернулась в ужасную нацистскую Германию, к Лизель Мемингер, чтобы писать красной краской на стене подвала и воровать вместе с ней книжки.

Ну да, мы с Янорой ведем себя ненормально, по меркам одноклассников. Все нормальные люди бегают на переменах и кричат слово «жопа», а те, у кого есть вейп, «парят».

Мы даже на уроках не отвечаем.

По теме – неинтересно, а если что-то научно обоснованное скажешь, тут же шепот: «Выпендривается».

У меня дома много книг. Это счастье. У Лизель не было книг. Первая книга, которую она подобрала на пепелище, называлась «Наставления могильщикам».

* * *

Дорогой Единорог, у меня никогда не будет мужа. По-моему, это ужасно, когда два совершенно разных человека вынуждены жить вместе. В основном это происходит из-за ребенка. Но у меня же не будет детей, так зачем мне муж?

Мы с Янорой придумали мне мужа.

Его будут звать Зизя Лихтенштейн, он будет ужасно дряхлым, лет под 90, и вскоре после свадьбы умрет.

– А вдруг он не скоро умрет? – засмеялась мама. – Хотя да, ты его быстро доконаешь.

У мамы нет мужа. Я надеюсь, что его и не будет. Ведь тогда я не смогу ходить по дому в чем хочу, есть в кровати и разбрасывать вещи.

Мама наряжается. Куда? Мне неинтересно. Мама спрашивает, идут ли ей эти серьги.

Ответ: нет.

Идет ли ей эта блузка?

Ответ: нет.

Мама собирается на свидание. Типа на деловую встречу. Один раз уже сходила, пришла с цветами.

– Без цветов ни на какие деловые переговоры не соглашайся, – советую я.

Мама красится. Уже надела туфли.

Самое время попросить ее сходить за мороженым.

– Мам, я хочу мороженого. Сходи в магазин.

– Я куплю на обратном пути.

– Нет, я хочу сейчас.

– Сейчас ты сытая, я же тебя покормила. И предупредила, что мне нужно уйти.

Я выхожу из себя:

– Купи сейчас мороженого! Мне прямо сейчас нужно!

– Возьми деньги и сходи сама.

– Я не одета и не накрашена, ты сходи.

– Нет.

Ничего не понимаю. По законам психологии она не может отказать мне во второй раз. Ведь вчера она уже отказала, когда я просила ее в двенадцать ночи сходить за лапшой «Доширак». Во второй раз у человека должно сработать чувство вины и он должен все сделать. Я сообщила ей об этом.

– И часто ты со мной так экспериментируешь? – удивилась мама (брови домиком).