Обратный отсчет

 – Это я!

Глазок еще секунду оставался темным, потом там появилась светлая точка, лязгнула отодвигаемая задвижка. Дима почувствовал, что ему не хватает воздуха. Женщину, стоявшую на пороге, он видел впервые.

– Ну-ка, вот так! – Уверенные прохладные руки быстро расстегивали ворот его рубашки, чем-то растирали за висками. Дима ощутил резкий, гвоздичный аромат, от которого захотелось чихнуть и расхотелось терять сознание. Пальцы незнакомки – тонкие, но сильные – почти до боли разминали ему какие-то точки на затылке.

Наконец Дима попросил ее прекратить реанимацию.

– Спасибо, мне лучше. А кто вы?

– Лучше так лучше. – Женщина завинтила крышку на баночке с ароматическим маслом, поставила ее на туалетный столик. Они были в спальне – сюда она утащила его чуть не на себе, когда Дима стал сползать вниз по косяку. – У вас что – сердце слабое? Испугались?

– Кто вы? – Теперь Дима видел, что в спальне появились вещи, которых прежде не было. Смятый твидовый пиджак на краю постели, на одной из подушек – шелковая ночная рубашка гранатового цвета.

Пара туфель на каблуках, небрежно брошенных у порога. Две большие дорожные сумки, обе расстегнутые – оттуда каскадами вываливались цветные тряпки. Он мотнул головой и окончательно пришел в себя:

– Как вы сюда попали?

– Мне это нравится, – иронически заметила женщина, протирая замасленные пальцы бумажной салфеткой. – Через дверь вошла. А вы – Дима? Или лучше будем на «ты»? Ты же Людин приятель?

– Господи… – прошептал он, не сводя глаз с этой высокой худощавой брюнетки, разглядывавшей его с веселой иронией.

 – Вы – Марфа?!

– Ты, – напомнила она, заулыбавшись еще шире. Улыбка очень шла Марфе – у нее были белоснежные, пикантно-неровные зубы, явно свои. – Это я и есть. Но ты не бойся, я прилетела на пару дней, не стесню. Люда далеко?

Он машинально застегнул рубашку, поправил ремень на брюках. Снова неприятно помутилось в голове, но Дима усилием воли прогнал дурноту. Марфа все еще улыбалась. Он никогда не видел ее фотографий, не интересовался ее внешностью, даже не пытался представить, как может выглядеть хозяйка этой странноватой квартиры в красных тонах.

Такую внешность Дима без обиняков назвал бы привлекательной, а талант заразительно улыбаться делал из Марфы почти красавицу. На ней был шелковый халатик цвета хаки, с китайской вышивкой, восточные красные шлепанцы с загнутыми носами, на тонком запястье болтался массивный золотой браслет – как показалось Диме, тоже какой-то восточный.