За воротами дымил большой завод

Но Пётр Сергеевич сказал: «Постойте тут» и двинулся к этому парню. Я испугалась, что начнётся драка, но и увидела, что Пётр Сергеевич встряхнул парня пару раз за шиворот, и тот отстал. А я поняла, что нахожусь под надёжной защитой. И с этого дня мы стали встречаться с Петром Сергеевичем в городе, ходили в кино, в один из дней съездили на Вагонку на концерт во Дворец культуры. Один раз кто-то из заводчан увидел нас в городе в продуктовом магазине. Я покупала хлеб-сахар в общагу к нашему девичьему столу, а Пётр Сергеевич купил продукты для себя.

Только и всего, но по заводу поползли слухи: «Ага! Вон оно что! Зелёная пигалица из Свердловска, а сразу нашего начальника охомутала! Продукты вместе покупают, ну и спят уже вместе!» Мне эти сплетни ранили душу, о чём я и поведала Петру Сергеевичу.

– Не обращай внимания на сплетни, – сказал он. – Давай-ка завтра пойдём вместе обедать в нашу столовую! Сплетничать перестанут.

Когда мы действительно в обеденный перерыв пришли вместе в заводскую столовую и встали в очередь на раздачу, я почти физически ощущала, как все взгляды прилипли к нам.

С Петром Сергеевичем мы перешли уже на «ты», но я долго не могла называть его только по имени Пётр, или вовсе Петя, поэтому обращалась к нему по имени-отчеству.

На следующей нашей встрече услышала от него:

– Я поговорил с Анатолием Абрамовичем, что имею виды на тебя.

– Зачем сказал! – закричала я. – Что он обо мне будет думать?

– Да ничего не будет он думать. Сказал, что ты – хорошая девушка и он рад за меня.

Мы давно с ним друг друга знаем. Вместе в Менделеевке учились в Москве. Он отличник был, а мы с Гариком Цейтлиным часто прогуливали лекции – бегали играть в волейбол, и я брал конспекты Анатолия Абрамовича, когда готовился к экзаменам.

– Но ведь Анатолий Абрамович намного старше тебя, как же вы вместе учились?

– Он поступал в Менделеевский институт уже «стариком», поработав после войны, а я после 10-го класса.

– И всё равно: зачем ему сказал?

– Так ведь слухи дошли не только до Анатолия Абрамовича, но и в дирекции все знают, а чтобы не думали, что мы с тобой закрутили роман просто так, без серьёзных намерений, нам и не надо ничего скрывать.

Я и вовсе обалдела. Значит, Пётр имеет серьёзные намерения относительно меня, я-то думала как раз наоборот, что мы только закрутили обычный роман. Он же ни разу не сказал, что я ему нравлюсь. А при встречах мы говорили больше о его работе.