Отравленная жизнь

Первую «зеленую» сотню она разменяла сегодня днем, перед визитом к Юлии Борисовне. Остальные деньги девушка спрятала обратно в коробку. После чего опять набрала номер, который уже выучила наизусть. И неожиданно ей ответили.

– Алло, извините, что так поздно, но я от Альбины, – преувеличенно вежливо заговорила Саша, услышав женский голос, – мне нужна Екатерина Корзухина.

И женщина, как-то сдавленно ахнув, поинтересовалась: «Неужели вы ничего не знаете?!»

– Что-то случилось? – Саша крепче прижала трубку к уху.

 – С ней что-то…

И женщина, которая все еще не представилась, сообщила ей, что Катенька и Артемушка были убиты две недели назад, а квартира подожжена, но слава богу, ей не дали сгореть полностью и даже вот – опять подключили телефон.

– Вы понимаете, почему подожгли квартиру? – взахлеб объясняла она. – Хотели инсценировать, что это просто пожар, а они сгорели. Отравили их, несчастных моих, уложили в постели, на кухне открыли газ и зажгли на столе свечку. Если бы в кухне накопился газ, все бы рвануло от свечки! Может, весь подъезд бы сгорел! Однако газ был отключен, за него почти год не платили, Катенька нигде не работала, все время болела.

А вот свечка в конце концов опрокинулась, ну и загорелась скатерть…

Далее женщина подробно описала последствия пожара: «Все картинки, все бумажки, какие были, вся постель – все пропало, все испорчено… Бумаг-то у них было много, да еще эти краски проклятые. А что не сгорело – в руках рассыпается. Я вот тут вожусь весь день, уже столько мусора вытащила.

Да, все хорошие вещи в мусор превратились, а хорошего у них и так было немного… А монтер только к вечеру пришел, подключил телефон. – Она вздохнула и совсем другим, сдавленным голосом произнесла: – Катя с Артемом уже десять дней как похоронены. А мне все кажется, что они здесь. Вроде должны быть здесь…»

И тут женщина, до этого говорившая как-то неестественно весело и спокойно, неожиданно всхлипнула. Саша слушала ее и все яснее понимала – отчего бы ни умерли эти люди, но их нужно оставить в покое.

Как и эту женщину, которая то смеется, то плачет и явно слегка помешалась от горя. Кто она такая? Чья-то родственница? Мать? Но чья? И кто этот Артем, про которого она все время говорит? Саша с ужасом поняла, что ни у кого не узнала даже имени художника. Только его фамилию… А ведь Альбина должна была знать это имя! Впрочем, она могла бы знать и о том, что хозяйка картин погибла… И все-таки, она этого не знала.