Фальсификация

Но я имел удовольствие послушать ваш рассказ о масонах. И хотел бы, пользуясь случаем, выразить признательность.

Юрий Алексеевич в свою очередь выразил благодарность за лестную оценку его труда. Знакомство состоялось, и Борис по приглашению профессора послушно присел на краешек скамейки. Поговорили о голубях, Борис признался, что не испытывает к ним особой симпатии. Понимаю, понимаю, легко отозвался старик, он и сам знает, что птицы эти служат разносчиками разных инфекций, и грязи от них много, и прочее. Но дело-то в том, что его покойная супруга всю жизнь, сколько он помнит, кормила голубей, и он сам в итоге стал их подкармливать, причем, вероятно, этих же самых, в этом дворе.

– Представьте, именно в этом доме мы жили, у нас была квартира вон там, на третьем этаже, до того, как я ее пожертвовал "Курсам".

Охотничий пес Борис Колесников сделал стойку. Разумеется, незаметно для профессора. Он, Борис, опытный охотник.

– Послезавтра, – продолжал профессор, – я буду рассказывать о розенкрейцерах.

Непременно приходите, будет, надеюсь, интересно. Аудитория у нас на «Курсах», сами видите, своеобразная. Многие дремлют. Однажды на моей лекции старый мухомор один впал в спячку и со стула упал. Представляете? Мне, пожалуй, неловко такое говорить о стариках, сам, понимаете, не первой свежести. Вот сколько мне лет, как по вашему?

– Шестьдесят?

– О, не льстите!

– Шестьдесят пять? – предположил Борис, думая о другом. Он думал, как бы вернуть словоохотливого профессора к теме квартирного пожертвования.

– Если бы! Мне, милый человек, восемьдесят шесть.

– Да неужели! – искренне изумился Борис. – Да вы в великолепной спортивной форме.

– Физически, пожалуй, да, грех жаловаться. Но, увы, тревогу вызывают некоторые проблемы с памятью, хотелось бы как-то отсрочить встречу с Альцгеймером. У меня сосед в пансионате, тоже, можно сказать, ученый, доктор исторических наук, а какие такие науки – всю жизнь изучал марксизм-ленинизм – так вот он спортсмен замечательный, каждый день – бассейн, спортзал, у нас все это в пансионате на уровне, он моего возраста, выглядит как картинка, но маразматик, старость, как говорится, не радость.

– Пансионат-то ваш за городом? Природа, свежий воздух? – вставил Боря.

– Да, природа. Условия приличные. Питание, медицинское наблюдение, охрана – все как полагается. Элитный дом престарелых, так, наверное можно сказать. Но у нас принято называть пансионатом. И это правильно.