Ключ на тридцать два

Это типа как надеть на угрюмое лицо маску с дебильной улыбочкой и расхаживать в ней по улицам, погрязшим в говне. Сидишь и смотришь на детские картинки на стенах: добренькие жирафики, львята, черепахи, крокодилы, – вдыхаешь запах лекарств, слышишь вопли других детей и ждешь своей очереди на казнь. Театр абсурда. Все мы нахавались этого в такой мере, что до сих пор тошно. А потом они удивляются, почему к совку так относятся. Вот почему. Для тех, кто не понял. И это не про любовь к родине, патриотизм и прочее.

Это про другое. Про тех козлов, которые все это творили тогда и которых до сих пор предостаточно. Слава богу, сейчас они – вымирающий вид, хотя этого, конечно, не осознают и продолжают нести свою миссию бодро и уверенно, но от этого только забавнее.

Захожу в кабинет двух наших работничков, которых наняли совсем недавно. Одного их них, бывшего вояку, назначили начальником гаража. Другой, из чинуш местного разлива, – начальник хозяйственного отдела. Они меня не знали и не догадывались, что должность я занимаю не самую маленькую, несмотря на возраст.

Я их тоже еще не знал. Не успели познакомиться.

Захожу, короче, в кабинет. Сидят, развалившись, два красавца той еще закалки и с чиновничьими манерами чай пьют.

– Здравствуйте, – говорю.

Один оценивающе оглядывает меня, едва приоткрывает рот и нехотя произносит:

– Здрасс…

Ну, думаю, ясно. Зашел по виду сопляк и отвлек двух уважаемых людей от важного дела. Грех на их месте не воспитать меня, демонстрируя собственную важность.

От этой важности их обоих аж распирает.

Даю заявку на машину одному из них – начальнику гаража.

– Чё это такое? – спрашивает.

– Заявка, – говорю. – Машина нужна.

– Ну ты чё? Надо за три дня подавать. Не знаешь, что ли?

Отдает мне ее обратно и отворачивается чай пить. Развожу руками, говорю: «Ну ладно», ухожу к себе в кабинет и делаю звонок. Через пять минут этот дебил со следами только что пролитого чая у себя на рукаве прибегает и судорожно извиняется, изгибаясь и едва ли не ползая по полу.

Гаденькие людишки. «Я же не знал, что вы… Я же не знал, что вам срочно надо…» Дрянь. Потом он меня с каждым праздником поздравлял. А вскоре, года через три, умер.

Вот так все это и устроено. Борьба нового со старым. И так во всем. «Не дай вам бог жить в эпоху перемен», сказал кто-то. А у нас одни перемены. Всегда. И от этих перемен дуреешь. Разваливаешься изнутри. Поколение за поколением развалин.