Заключённый в России

Зачем я буду её пугать? С другой стороны, если я напишу, что у меня всё хорошо, то это, во-первых, слишком уж кратко, а во-вторых, как-то натянуто, что ли… Она почувствует, что что-то не то…

Я посоветовал Павлу Михайловичу описать наш рацион питания, а также составить список продуктов, которые он хотел бы получить в передаче. Он вроде попробовал, но бумага опять оказалась скомканной.

Так продолжалось несколько дней. Павел Михайлович в часы досуга сидел перед чистым листом, грыз ручку и смотрел куда-то в пространство.

Но потом я заметил, что он подписывает конверт.

– Что, получилось? – спросил я.

– Не совсем, – ответил Павел Михайлович. – Через три недели мама приедет на длительное свидание, там и поговорим. А пока я вот просто написал короткую записку.

Видя моё любопытство, Павел Михайлович протянул мне тетрадный лист, на котором было написано всего несколько строк. Вот что он написал:

«Дорогая мама!

Прошу меня простить. И не столько за то, что тебе пришлось пережить, сколько за то, что я так и не смог заслужить твоё полное и безоговорочное одобрение.

Я старался, ты это знаешь. Надеюсь, тебе никогда не было стыдно за меня настолько, чтобы помнить об этом. Ты очень хорошая. Я тебя люблю.

P.S. Встретимся на свидании, уже скоро.»

027. Rus [фельетон]

У всех других тоже есть тайны, от которых недолго потерять рассудок.

    Джоан Роулинг, «Случайная вакансия»

Я – самый настоящий русский мужик. В этом нет никаких сомнений: моей сестре несколько лет назад взбрело в голову раскопать нашу родословную и уверенно установить данный факт.

Как у любого нормального русского, у меня нет оснований не доверять собственной сестре. Более того, я считаю, что уж если кому и можно доверять, так это своей собственной сестре, потому что она – такая же русская.

Однако родословная – не единственное доказательство принадлежности к русской нации. Помимо этого, я с лёгкостью выдерживаю пятидесятиградусные морозы, хотя и ворчу при этом.

Я живу в трёхкомнатной квартире площадью 70 м

вместе со всей своей семьёй, и вполне счастлив, хотя мне и приходит иногда в голову мысль, что бескрайние просторы моей Родины должны были бы позволить и некоторый простор для таких, как я.

Проверено: я не горю в огне и не тону в воде. Я никогда не удивляюсь, что цены на бензин растут даже тогда, когда нефть дешевеет; это чисто русский прикол, и если кто-то не понимает, в чём тут дело, то он – нерусский.