Заключённый в России

Я ни разу не видел, чтобы именно за этими партами кто-то сидел. Ещё в приёмной за отдельным компьютером сидит дневальный школы, как секретарь. Когда в начале февраля 2014 г. я во второй раз зашёл к Тамаре Ивановне, мне сначала показалось, что разговор может пройти конструктивно. Она говорила вежливо, хоть и немного жеманно.

? Здравствуйте, Тамара Ивановна. Разрешите обратиться?

? Да, садись. Что у тебя?

? Тамара Ивановна, у меня к вам просьба. Разрешите, пожалуйста, воспользоваться компьютером, который стоит у вас в приёмной, где дневальный.

Мне необходимо написать кассационную жалобу в Верховный Суд. Это займёт несколько дней по нескольку часов.

? Ты учащийся школы?

? Нет.

? Тогда как я могу тебе разрешить воспользоваться компьютером?

После этого вопроса, заданного с давящей интонацией, я, естественно, понял исход разговора, но, сделав паузу, решил продолжить диалог:

? Возможно, я смогу быть вам чем-то полезен…

? Ты – мне? – здесь Тамара Ивановна встрепенулась, как-то вся напряглась и состроила презрительную гримасу с оттенком мании величия.

– Ну, то есть школе… Помните, я летом к вам обращался, хотел помочь по ремонту? – на этом месте я посмотрел ей прямо в глаза и убедился, что она помнит. ? Я неплохо владею компьютером, могу печатать документацию, помогать делать стенгазету, да и мало ли чего? У меня высшее образование. Мне негде больше написать кассационную жалобу, поэтому я к вам и обращаюсь, ? я специально закончил именно этой фразой, чтобы она могла произнести:

? Это не мои проблемы.

Далее ещё последовало:

? Обратитесь к Начальнику. Если он разрешит, тогда – пожалуйста. Всё. До свидания.

? До свидания, ? я не мог не отметить, что в конце разговора она перешла на «Вы».

039. Работа на корзину

Надежда – моя тюрьма.

    Макс Фриш, «Штиллер»

Дневальный школы, – его звали Алексей Валерьевич, – был обычным красным. Он не получал заработной платы за свой труд и просто с пользой проводил время, помогая школьным учителям с оформлением учебной документации и т.

п. Алексей Валерьевич выслушал мои сетования на судьбу-злодейку и решил мне помочь. Позже я узнал, что он так же последовательно, как и я, обжалует свой приговор на том основании, что половина приписываемых ему злодеяний – неправда.

Алексей сказал, что с середины февраля по середину марта Тамара Ивановна будет в отпуске вместе со своим мужем-начальником. Они, мол, поедут посмотреть на олимпиаду в Сочи.