Поход на полночь. Александр Невский

В Чернигов-то убегали только мужчины, а семьи в Новгороде оставались жить. И послал грозный приказ псковичам: «Наместника моего отпустите, а Борисовых смутьянов гоните прочь! Пущай идут откудова явились!»

Псковичи было заартачились. Стали выставлять свои резоны: «пустите, мол, к Борисовым челядинам – жен и пришлите все товары, что в Новгороде задержаны! Тогда и Вячеслава отпустим!» Да еще и угрожать вздумали: «А не то мы – собе, а вы – собе!»

Вот тогда и увидели Федор с Александром, какова отцова воля.

– Придавил врагу горло, не отпускай! – учил он сыновей, – Дави его как волка! Отпустишь – он тебе руку отхватит!

Князь не только не отпустил купцов, но все дороги во Псков перекрыл! И хоть голода во Пскове, как было в Новгороде не случилось, однако, соль, что из Старой Русы везли, вздорожала по 7 гривен за берковец29). Немыслимо! Вроде как теперь псковичи чистым серебром гривенным кашу солили. И рассудили псковичи: а с какой радости им сие терпеть? Пущай Черниговцы с Ярославом счеты сводят да силой меряются, да только не во Пскове.

Нам-то, псковичам, от черниговцев какой прибыток? И выпустили Вячеслава из заточения.

Тогда и Ярослав жен Борисовой чади во Псков из Новгорода отдал. Дабы люди псковские видели, что князь слово держит. Однако мира с псковичами не взял и держал Псков за горло мертвой хваткой. Медленно эта пря меж Ярославом и черниговцами тлела. Целое лето тянулась. А в зиму по первому снежку приехали покорные псковичи к Ярославу просить к себе на княжение Федора.

Однако Ярослав псковичам не больно доверял, понимая, что сегодня сын на престоле в палате княжеской, а завтра в залоге с цепью на шее. Со скобарей станется! И послал на княжение во Псков своего шурина князя Юрия Игоревича рязанского. Псковичи же, в подтверждения своей доброй воли, всех сторонников Негочеговича с женами их из города выгнали прочь. Те потянулись в орденские земли во град Оденпе – Медвежья голова. Перезимовали там, окрепли, ополчились, а следующим летом изгоном взяли Изборск, который псковичи считали своим, чуть ли ни пригородом.

– Ну! – прихохатывая и притопывая каблуками по дубовым половицам горницы, говорил князь посланцам от псковичей: – Ведаете ли теперь, кого вы укрывали?! Какую змею на груди своей пригрели?!

Псковичи не только сокрушенно трясли бородами, но и сами без ярославовой дружины выступили против захватчиков. Изборск отбили, многих черниговцев взяли в плен и отдали Ярославу.