Провинциалы. Книга 3. Гамлетовский вопрос

Но фаворитка, может себе позволить иметь слабости, – Виктор сел на стул напротив. – Ну, как первые впечатления?

– Некогда было разобраться, – уклончиво отозвался Жовнер. – Из кабинета не выходил, завалы… Вот только сегодня редактор своей стратегией поделился…

– О неизбежном переходе количества в качество… – усмехнулся Красавин. – Это не его стратегия, а Кантарова. Серега, в общем-то, неплохой мужик и не дурак, но тут у него бзик. С этой стратегией хорошо штангистов тренировать, мускулы наращивать.

А извилин от этого больше не станет. Не понимает, что просто загонит ребят, интерес отобьет, особенно у молодых. Мы на эту тему с Сергеем не раз спорили, – заметил он. – Но характер у него женский: хочу и буду… Да и Галка – стерва еще та. Понятно, он ее слушает, ночная кукушка… А у нее один критерий: кому она нравится, тот и хорош, и талантлив… Пока ты ее хвалишь, она со своими вассалами тебя хвалить будет. А Серега поддерживать…

– За что хвалить? – удивился Сашка.

 – Пишет она не лучше остальных… План по строкам, как я понял, тоже не делает… – и догадался: – А вы с Сергеем поругались из-за нее?

– Было дело. Сказал ему, что не тянет она отдел… Кстати, я тебя предлагал на ее место… – он глянул на часы. – Ладно, договорим в понедельник, бегу я, в крайком вызывают…

– Домой торопишься, – понимающе произнес Красавин. – А мне иногда одному пожить хочется…

– Мне пока нет.

Выходя, столкнулись с Кантаровым, который или собирался зайти в кабинет, или ждал возле двери.

Тот буркнул что-то неразборчивое Красавину и внятно приказал Жовнеру:

– Зайди ко мне.

И, переваливаясь большим телом, по-хозяйски неспешно пошел по коридору.

– Не гнись, – негромко посоветовал Сашке Красавин. – Без нас ему газету не поднять. Он это понимает…

И именно с того, что им всем вместе надо делать газету, Кантаров и начал, вдруг вспомнив их предновогодний разговор на аллее.

– Ты же не станешь спорить, газета изменилась, стала интереснее, макет другой – современный, – закончил он.

– Вижу, лучше, – честно признался Жовнер, не отрицая очевидных перемен.

– Думаешь, редактор помогает? Да ни хрена! Главное, не мешает.

Пашу по-черному, за половиной корреспондентов все переписываю.

Красавин вон уже отвалил к жене под бочок, ты тоже торопишься, а я засяду читать эту бредятину допоздна, – он обвел рукой разбросанные по столу материалы, исчерканные красным карандашом.