Открытая позиция. Роман с картинками

Мне нечего было предъявить полицейским. Но самое ужасное в другом. В фотоаппарате было еще кое-что.

– Боже мой, да что же еще там могло быть?

– Там были мои фотографии! Он фотографировал меня спящей! Вы понимаете, что это значит?

– Честно говоря, не совсем.

– Я буду его следующей жертвой. Он хочет меня убить! С некоторых пор я заметила, что муж ко мне охладел. Стегать меня плеткой ему больше не доставляет удовольствия. Он, видимо, желает порыться в моих внутренностях, распилить меня на части, засунуть меня в морозилку, а все, что не поместится, закопать на заднем дворе.

Затем пойти в полицию и заявить о моем исчезновении. А после этого сесть в гостиной и слушать ненавистного мне Джо Кокера.

– Вам не нравится Джо Кокер?

– Не нравится! Но больше всего мне не нравится лежать в морозилке, распиленной на части.

– Да, перспектива, прямо скажем, не радужная. Но зачем ему это делать?

– Затем, что он маньяк! И даже не сексуальный, каким был раньше, а настоящий – чокнутый, с кривым ножом и дубинкой.

– Какой еще дубинкой?

– Той, которой он бьет по голове своих жертв.

– Вы и дубинку у него видели?

– Нет, не видела. Но если поискать получше, то, может быть, я бы ее и нашла. Меня интересовало другое. Я выяснила, где он прячет мой паспорт. Теперь я могу уехать, чтобы спрятаться от этого душегуба. Но у меня проблемы с деньгами и со смелостью. Вот почему я обратилась в «Мисафер». Конечно, я не могла рассказать им всю правду, только поделилась кое-какими штуками из репертуара своего мужа.

Надо сказать, они были под впечатлением. Пообещали большой интерес со стороны обеспеченных клиентов. Потом предложили встречу с вами. И вот я здесь, с паспортом, с чемоданом и с билетом в один конец.

– С каким еще билетом? – спросил Марк, возвращаясь на прежнее место на диване.

– Это я так, образно. Путь назад для меня отрезан, мосты сожжены.

– А-а-а, понимаю, – немного рассеянно откликнулся Марк.

 – Образности вам, безусловно, не занимать.

– Вы мне не верите?

– Вопрос в другом. Почему вы верите мне больше, чем агентству? Мы впервые видим друг друга.

– Вы – человек. Они – организация. Маленькая, но такая же равнодушная к отдельным людям, как все фирмы, фирмочки и фирмищи.

– Может, лучше все-таки обратиться в полицию?

– Нет. Думаю, рано или поздно они его поймают. И я не хочу быть в это замешана.