Не предать время своё

… И тут явилась она:

Светлолицая, стройная,

С восьмисаженными косами

Сама красавица Туйаарыма Куо.

Сияя, будто утреннее солнце,

Смыкая трепетные ресницы,

Сжимая нежные губы,

С щёчками, зардевшимися

Ярким румянцем,

Ступая, будто птица-стерх,

Оборачиваясь, будто птица-лебедь…

Костя подумал, что он уже где-то видел описываемую в олонхо девушку. Где же?..

И неожиданно понял, что это же Тууйа! И вправду она… Если она распустит чёрные как смоль длиннющие косы, если улыбнётся, весело, заливисто рассмеётся, а потом вспорхнёт и побежит-полетит по-над цветущим алаасом[11 - Алаа?с – поляна с озером, окружённая лесистою горою.

], то она вылитая Туйаарыма Куо и есть…

* * *

Ближе к осени стало известно, что Костю по делам коллективного хозяйства командируют в город.

Семьи, у кого в столице республики были важные дела, или жили родственники, или чьи дети готовились там поступать на учёбу, пришли в большое возбуждение. Кругом слышались одни и те же речи: «Наверное, наш готовится к экзаменам, толком не питается», «А у бедненького моего наверняка деньги закончились.

Поди, лишь кожа да кости остались…» И всё в таком же духе.

Надо ли говорить, что скоро салон автобуса был полон всякого рода домашних заготовок, бережно завёрнутых в несколько слоёв бумаги, и целлофановых пакетов, тщательно расфасованных по сумкам. Здесь были жареные караси, сметана, различные варенья-соленья и ещё много того, что обычно отправляют из деревни в город.

– Ты обязательно встреться с моей дочкой, а то она давно не писала.

Разузнай, как она там живёт-поживает. Слышишь?.. Обязательно! – сказала Варвара, мать Тууйи, передавая Косте конверт с деньгами и вручая сумку с продуктами.

Наутро Костя ни свет ни заря отправился в путь. Прошло немало часов, прежде чем старый автобус цвета молока прибыл к берегу Лены, где в ожидании парома стояло множество машин.

Наконец подошла и их очередь. Пазик, заехав по узкой аппарели[12 - Аппарель – сооружение для обеспечения пологого спуска или подъёма транспорта.

] на борт, занял указанное ему место среди таких же пыльных, как и его Старик, уазиков, «нив» и «жигулей».

Ещё час с небольшим – и паром уткнулся в противоположный берег реки.

Управившись с делами, Костя развёз многочисленные сумки и пакеты по указанным адресам. На его счастье, большинство получателей обитало в университетских общежитиях Сергеляха, однако к дому, где проживала Тууйа, он добрался лишь к вечеру.