Не предать время своё

Родственникам (какой-нибудь солидной городской семье) привезли полные сумки гостинцев, чтобы, терпя придирки, пожить у них некоторое время на птичьих правах…

Всё это пронеслось в моём воображении. И всё это пошло? насмарку из-за трёх подлецов!..

После этого у меня пропало настроение. Я даже не поговорил с родными: вышел из здания автовокзала и отправился прочь.

Через пять лет я окончил университет. Эти годы пролетели, как пять дней.

Во время учёбы мы с Костей так и не стали близкими друзьями.

Мы оказались совсем разными людьми. Он сначала был старостой группы, с каждым годом рос и на четвёртом курсе сделался для нас большим начальником – председателем студпрофкома факультета. Активист, хорошист, спортсмен, парень был на лучшем счету в университете. Когда, окончив учёбу, все мы собрались отметить получение дипломов, я спросил у него: «Костя, друг, может, расскажем для смеха, какими мы были абитуриентами?» – он сказал, что незачем ворошить прошлое. Я с ним согласился. И правда, незачем было наводить тень на его блестящее будущее, он ведь строил карьеру на комсомольской работе.

Кстати, Айал поступил в университет, когда мы уже учились на третьем курсе.

Я не сразу его узнал. Когда осенью, вернувшись из стройотряда, бегал по каким-то своим делам, увидел шагающего навстречу стремительной походкой парня в длинном развевающемся плаще, с чёрными усиками над верхней губой. В левой руке дымилась сигарета.

Когда я проходил мимо, он сам меня остановил: «Что, друг, не узнал? Я же Айал».

Мы с ним долго разговаривали. Он говорил, что не может забыть, как мы подвели ту бедную девушку, и до сих пор жалеет, что не встали тогда и не сознались.

Меня направили в посёлок под названием Солондо, и я начал работать, пополнив ряды учителей. Стал важной личностью, откликался только на полное имя – Егор Сидорович. Однажды пошёл в местную библиотеку, чтобы выбрать книги для подготовки к уроку.

Когда, порывшись на нижних полках, взобрался по стремянке к верхним, из соседней комнаты вошла молодая женщина с ведром и шваброй и принялась мыть полы. Скоро она, наткнувшись на стремянку, попросила: «Подвиньтесь, пожалуйста…»

Будучи уважаемым в посёлке человеком, я хотел было выразить недовольство, но, взглянув вниз, от неожиданности чуть не упал.

Снизу на меня смотрела та самая девушка, которую я предал шесть лет тому назад.